— Ты наверное получаешь от этого колоссальное садистское удовольствие, да? — отпускает меня и щекочет ухо британским акцентом прижимаясь губами к виску. — Тебе нравится играть в опасные игры, или ты действительно не понимаешь, что творишь? — отстраняется от меня. Смотрит в самую душу, так как только может он. Или это просто я позволяю ему так делать? Почему-то хочу, чтобы он меня видел настоящую, а особенно мою израненную душу.

— Ну же, птичка, ответь мне! — голос требовательный, но его нежные прикосновения пальцев к моей щеке, сбивают всю требовательность, заставляя плавиться.

— Тебе нужно уйти отсюда! — упираюсь ладошками в твёрдую, быстро вздымающуюся грудь. — Нас не должны вместе увидеть...

Джаспер будто не слышит меня. Он словно все это время сдерживал себя и сейчас вот-вот взорвется.

— Чего ты добиваешься, Эва? — его тон спокойный. Это пугает ещё больше. Парень отлично умеет скрывать эмоции, но всему есть предел. Когда наступит его предел? — Ты хочешь, чтобы я убил Маркуса?

Звучит как гром среди ясного неба. Шатен делает шаг вперёд и толкает меня в стол. Вжимаюсь бёдрами в край столешницы. Парень подхватывает меня и усаживает меня на деревянную поверхность.

— Джаспер.. — пищу, когда он разводит мои колени в стороны.

Я совсем не боюсь его. Моя интуиция подсказывает, что он ни при каких обстоятельствах не причинит мне боли. Я боюсь последствий, которые произойдут, если Бруно или Сальери посчитают, что нас слишком долго нет и пойдут искать нас.

— Черт возьми, как ты это делаешь? — его пальцы больно впиваются в мои бёдра. — Меня тянет к тебе. Ничего не могу с этим сделать.

Ведёт носом вдоль щеки и задевает кончик моего носа.

— Я не шучу птичка, я убью придурка, если ты меня попросишь об этом.

Я в буквальном смысле цепенею, не из-за его громких слов. Их смысл я ещё не до конца осознала. Я цепенею от приглушённых шагов, которые раздаются невозможно близко.

Вдоль позвонка пробирает холодок, а пальцы начинает неконтролируемо трясти.

Понятия не имею, что хуже: если за спиной Джаспера окажется Маркус или Винченцо?

— Синьора? Простите. Я думал, здесь никого нет! — звучит млеющий голос.

— Здесь никого и нет! — Джаспер делает пол оборота головой. Говорит на чистом итальянском. Даже мне сложно уловить акцент.

Сползаю на пол, протискиваясь между столешницей и шатеном. Джаспер теперь полностью развернулся к парню, закрывая меня своей огромной спиной.

— Я серьезно говорю, — произносит ледяным тоном, — ты здесь никого не видел, понял меня?

Ответом прозвучала тишина. Похоже, у бедного паренька хватило сил только на слабый кивок.

— И принеси девушке льда! — кидает напоследок и уходит.

Я будто лишаюсь невидимой опоры. Ноги подкашиваются, напрочь отказываясь держать тело. Я только что чуть с ума не сошла от волнения, а это оказался обычный человек из обслуживающего персонала.

Очень надеюсь, что шатен достаточно запугал его, и он не станет докладывать своему синьору, что застукал нас Даспером не в самой приличной позе на кухне. Судя по его трясущимся рукам, парень находится не в меньшем шоке, чем я и не станет трепаться. По крайней мере, в ближайшее время.

Вернувшись обратно, Джаспера на месте я не застала. Кажется, Винченцо и Маркус, не особо задавались вопросом: куда я пропала? Им явно было не до нас с Джаспером.

То, что я увидела, подойдя к столу, держа в руках свой злосчастный стакан со льдом, повергло меня в настоящий шок.

Сальери, откинувшись на спинку дивана, с интересом наблюдал за Маркусом. Перед брюнетом лежало несколько пакетиков с белым порошком. Я не сразу поняла, что это наркотики, так как подобное видела впервые в жизни.

Парень наклонился к разлинованным дорожкам и, ни секунды не колеблясь, при помощи свернутой купюры, вдохнул одну из них. Даже не поморщился.

Поднял голову и потёр нос. Смотря на Винченцо, воодушевленно произнёс:

— Хороший! Чертовки хороший, я бы сказал.

— Теперь ты знаком с братьями Монтеро.

— Пожалуй, я готов внести взнос. Я могу эти образцы забрать себе? — кидает короткий взгляд на пакетики.

— Забирай! Только не налегай, кокаин имеет ряд побочных эффектов. — Проявляет эфемерное беспокойство.

Что-то мне подсказывает, что Сальери глубоко наплевать на здоровье Бруно. Просто каждый уничтожает врагов по-своему. Винченцо выбрал игру на слабостях. И, похоже, заочно одержал победу.