– Она сильно бузила, да? Из-за разбитого носа?

Кому как не мне знать, на что способна моя маман? Я сама от нее настрадалась.

– Позорище, мам, вот правда.

– Ну, хочешь, я извинюсь за нее перед тренером?

– А что это даст? К тому же там не только тренеру досталось.

– А кому еще? – бледнею.

– Владельцам. Я в первый раз в жизни пожалел, что не сирота.

– Эй! – возмущенно подпираю бока кулаками. А у самой внутри что-то екает. Пусть я и делаю вид, что особо не лезу в жизнь сына, руку на пульсе событий я все же неустанно держу. Прежде чем сменить тренера Даве, я перелопатила весь интернет, дабы удостовериться, что оно того стоит. И конечно, я в курсе, кому принадлежит школа, в которой сейчас тренируется мой единственный сын. Тем неожиданнее оказалось увидеть Балашова в своей кофейне. Я просто обалдела, вот честно. То ли от самого факта его прихода, то ли от компании, в которой тот оказался.

– Да шучу я! Кто по доброй воле откажется от такой мамки, как ты?

– Ай, ну тебя, Дава. Давай, подключайся. Урок вот-вот начнется.

Шагаю к дверям.

– Ма, слушай, а бабуля наша надолго приехала?

– Понятия не имею.

– Спроси. Что, мы зря от нее сбежали? – Давид играет бровями и тянет к себе ноут. Умный он у меня, иной раз даже кажется, что чересчур. Фиг что от его внимания ускользает.

– Неудобно как-то. Подумает, что мы ее выгоняем.

– Неудобно спать на потолке, – возражает Дава, один в один повторяя слова самовлюбленного идиота Бекетова. Не торопясь возвращаться на кухню, останавливаюсь посреди коридора и достаю телефон. Я так и не смогла себя заставить перепостить сториз, на которой этот придурок меня отметил, а ведь это и впрямь могло бы послужить мне отличной рекламой. Предубеждение – страшная, вредоносная, я бы даже сказала, штука. А против этой гориллы оно у меня ну просто огромное. Это же надо! Сначала он мне угрожал, потом звал на свидание, а когда я отказала, приперся в мою кофейню под видом гостя и опять начал качать права.

– Неудобно спать на потолке. А реклама не помешает.

И лапищу, лапищу, главное, свою мне на плечи закинул! Я даже сориентироваться не успела. Или как-то ему возразить. Хотя, что бы я возразила, когда на нас смотрели его друзья? Тогда бы пришлось им рассказать, с чего началось наше знакомство.

А все же хорошо мы получились. Он ведь один раз щелкнул! Так только мужики могут. Сделать снимок и тут же его выставить. А если бы я себе на нем не понравилась?! Так бы и висела целые сутки страшненькая? Впрочем, я, наверное, много хочу от парня с отбитыми мозгами. Тем более что фото вышло приличным. Даже этот Бекетов на нем получился нормально. Обманчиво умные насмешливые глаза. Бугрящиеся под футболкой мышцы… Такой себе брутальный самец. И я как фея на его фоне. Нет-нет. Никаких репостов.

Сторис со мной сменяет следующая. Я мажу пальцем, чтобы вернуться, и по неосторожности жму лайк. Черт!

«Ты забыла репостнуть. Так эффект от рекламы будет ощутимее».

Нет, он все-таки неподражаем! Думает, если я не перепостила его величество себе, то исключительно по незнанию? Вот бы мне такое самомнение, а? Чуваку даже в голову не приходит, что я, блин, просто не захотела.

«А Дэма репостнула», – прилетает следом.

Это он мне сейчас предъявляет, или что?

«До сих пор дуешься на меня за утро?»

Закатываю глаза. И строчу в ответ:

«Просто не вижу смысла продолжать общение».

«Почему? Ты мне понравилась».

Ох уж эта святая простота!

«Я состою в отношениях. Хорошего вечера».

Вру, конечно. Никаких отношений у меня нет. Но я четко для себя решила, что будут. Вот только мама домой вернется, и я сразу пойду на свидание. С этой целью я даже зарегистрировалась в Тиндере. Правда, потом закрутилась, и дальше этого дело не зашло. Но я обязательно все исправлю. Только маму спроважу, ага…

– Сара! Ну, ты куда пропала?

– Я тут. Болтали с Давой.

– Минут пятнадцать, и будем есть.

– На ночь глядя…

– Кто виноват, что ты так поздно возвращаешься с работы?

– Мы только открылись, мам. Штат недоукомплектован. Со временем все утрясется.

Сажусь за стол, подтягиваю к груди ногу. Квартиру я взяла уже с ремонтом и даже менять ничего не стала – настолько тот оказался нам с Давой по вкусу.

– Ты уж с этим поторопись. А то так и будешь одна.

Вообще у меня, конечно, удивительная ситуация. Если маму послушать, так она только за, чтобы я начала с кем-то встречаться. Проблема в том, что ей никогда не нравятся мои ухажёры. Стоит мне ее с кем-нибудь познакомить, и начинается ад. Теперь я умнее и решила держать свои потенциальные отношения в тайне.

– Угу…

– Даже тот подонок женился!

Подонком мама называет лишь одного человека. Давиного отца. Конечно, мой сын не знает, да я и сама стараюсь забыть, что он родился в результате насилия, которое я, слишком юная и неискушенная, даже поначалу не идентифицировала как таковое. Я же сама пошла с парнем в спальню? Сама. Сама его целовала? Сама. А то, что он сделал дальше, проигнорировав мое четкое «нет», я, наверное, тоже сама спровоцировала. Мне так ужасно стыдно было потом, так невыносимо страшно, что я никому о случившемся не сказала. Лишь когда живот стал расти… пришлось. Мама была в ужасе. Мама не могла понять, почему я с ней не поделилась, ведь мы были очень близки. А я не сумела дать ей хоть сколько-то внятного ответа. Хотя он был на поверхности – я просто не могла пережить того, что так сильно ее подвела. Мама предупреждала меня о том, как бывает. Она сто тысяч раз меня предостерегала, а я, получается, не послушалась, и случилось то, что случилось. Я стала позором семьи. Надо же – дочь прокурора, а родила в шестнадцать!

– Все когда-нибудь женятся.

– Надо было его посадить.

У мамы это просто идея фикс. Иногда мне кажется, что сложней всего ей было смириться именно с тем, что Валерка остался безнаказанным. Но тут бы даже ее прокурорские связи не помогли. Я слишком долго тянула с «признательными показаниями». Никаких следов насилия к тому времени не осталось. Да и не хотела бы я, чтобы мой ребенок узнал о некоторых обстоятельствах своего появления на свет. Так что случившееся не получило огласки. О своем отце Дава знает лишь то, что он был слишком молод, а потому не захотел принимать участие в его жизни. Не лучшие вводные для ребенка, но в нашей ситуации мы выбирали меньшее из зол.