Маша успела как раз вовремя, как только она накрыла стол, в дверь зазвонили, и она услышала звонкий голосок Гриши, раздававшийся на лестничной площадке:

– Тетя Маша, это мы!

И через секунду в квартиру влетел маленький мальчик с ярким рюкзаком за плечами, а за ним невысокая хрупкая блондинка – Машина сестра Света.

Маша не видела её три летних месяца, и в очередной раз поразилась, что сестренка выглядит почти как школьница, узкие худенькие плечики, россыпь веснушек на лице, маленький рот.

Свету часто принимали за Гришкину старшую сестру, а не за его маму. Но этот факт её нисколько не смущал, она иногда специально притворялась старшей сестрой, когда знакомилась с очередным ухажером, а Гришку просила подыграть, сын уже привык к подобным просьбам матери, и воспринимал это как очередное баловство.

И так они до поры до времени водили за нос следующего кандидата Светы в сожители, но Гришка быстро пробалтывался, ненароком называя Свету «мамой».

Конечно, не все мужчины были пугливые, некоторые задерживались около Светы по два- три месяца, но потом испарялись, не любили местные парни, чтобы девушка «с прицепом» была, так как молодых и холостых дам водилось вполне предостаточно.

Маша ругала сестру при очередной встрече, чтобы та переезжала в областной центр, и город больше, и на работу обещала устроить старшим специалистом в один из отделов администрации, но все без толку.

Света твердила, что она свободный художник, и сидеть с девяти до шести, и ещё, чтобы пасли по часам, точно не для неё. И в который раз пристраивалась в очередной продуктовый магазинчик, откуда стремительно потом увольнялась, потому что недостачи, и сменщиц не хватало, а то и ларек закрывался – хозяева уезжали в Москву или Питер, а бизнес сворачивали.

Света снимала комнату в общаге секционного типа и считала отсутствие постоянного мужчины и постоянной работы – лишь временными трудностями. А что? Ей всего- то двадцать восемь, а выглядела она вообще на двадцать три, и Машкины нотации влетали в одно ухо и вылетали во второе, почти нисколько не портя ей настроения.

Вот и сегодня, Светка вбежала в квартиру старшей сестры, обняла ее и быстро протараторила:

– Машунь! Я оставлю у тебя Гришку на ночь?

Маша кинула Свете тапки, и нисколько не удивившись, спросила:

– Что, даже чаю не попьешь?

Света рассмеялась:

– Ну, ты прям как зять тещу, меня встречаешь? Конечно, попью и поем! Ты ведь вкусняшек наготовила! Гришка с утра все уши прожужжал бабушке Тане, хотя она его любимыми пельменями в обед накормила!

– С майонезом и соусом из томатов? – усмехнувшись, спросила Маша.

– Ну да! Это же семейный коронный рецепт – пельмени с бульоном и с печенкой! Помнишь, как нам в детстве нравилось их есть из маленьких горшочков?

Когда, наконец, уселись за овальный кухонный стол, который в Машкиной огромной кухне большим совсем не выглядел, сестры налили в бокалы Мартини, а Гришке его любимый напиток «Тархун». Маша произнесла:

– Ну что племянник, во второй класс – в первый раз?! – Бокалы дружно зазвенели, и все трое стали с удовольствием поглощать вкусности.

Потом Маша предложила выпить чай, но Света запротестовала:

– Машунь, так наелась, что дышать не могу! Чай потом! А сейчас мне бежать пора!

Маша повертела в пальцах тонкую ножку бокала для Мартини, и, откинувшись на спинку стула с любопытством спросила:

– И где на этот раз отмечаешь первое сентября?

Света, зажмурившись, как сытая кошка, проворковала:

– В Парадизе!

– Ого! Решила не мелочиться? Там ведь за месяц заказывать надо! Новый клуб!

Сестра встряхнула волнистыми кудряшками и расцвела:

– Знаешь, я недавно познакомилась с одним парнем, так вот, он позвонил в Парадиз за три дня до первого сентября и забронировал столик!

– Покажи фото нового жениха! Наверное, не простой перец! – хохотнула Машка.

Через секунду она уже перелистывала на телефоне галерею сестры, где было отснято, как обычно, куча хлама, через который Маша продиралась, как лесник сквозь бурелом. Светка, перегнувшаяся через ее плечо, дышала в щеку запахом ананаса, курицы и Мартини:

– Вот! Это он! – и ткнула в фото высокого, плечистого мужчины, в черной футболке и черных джинсах, на предплечье у него красовалась тату в виде восточного узора.

– На первый взгляд впечатляет, – оценила Машка, – Чем он занимается?

– Ой! Ну, ты как всегда! – Света театрально закатила светло- голубые глаза к потолку, – Не все ли мне равно! Знаешь, он мне колечко подарил, и новое вечернее платье! – произнеся последние слова, Света вдруг сорвалась с места и на ходу прокричала сестре: