Харт хотел было ей ответить, но тут увидел, почему Диринг не делает никаких движений и не встает на ноги: он просто не может, его щиколотки и запястья крепкой веревкой были привязаны к ножкам и подлокотникам кресла.

— В чем дело? — повторила вопрос Герта.

— Боюсь, во всем, — ответил ей Харт.

— Верно, — послышался голос из темного коридора позади него. — Для вас с барышней все кончено, но не для нас. Клади пистолет на стол, Харт. Спокойно. Не делай резких движений.

— А если я этого не сделаю?

— Думаю, ты больше беспокоишься о девушке, чем о себе.

Харт положил пистолет на стол рядом с креслом Диринга.

— Дурак! — хрипло сказал старик. — Они спятили, оба. Теперь они и тебя убьют.

Капитан Моралес издевательски улыбался. Войдя в комнату, он спросил:

— Говоришь, Сэм и Луис мертвы?

— Точно.

— Как это — мертвы?

— Одного я пристрелила, — запальчиво сказала Герта. — А Док столкнул другого в океан, после того как они похитили нас и пытались убить.

Моралес присел на софу, откуда мог наблюдать за всеми троими, и позволил себе опустить руку с револьвером между колен.

— Ладненько. — Он посмотрел на Диринга. — Я же тебе говорил! Тебе было бы гораздо лучше, если бы ты увеличил мою долю после того, как я стал шантажировать тебя, позволив Харту обнаружить, что Бонни и сама прекрасно могла выбраться из каюты, без того, чтобы Коттон просовывал ее тело сквозь иллюминатор. Но ты был слишком жаден. — Он указал на распухший портфель, который Харт сразу не заметил. — Ты хотел все. И если бы Луису и Сэму удалось убить этого изготовителя пилюль и его подружку, а мы не вернулись бы вовремя в город, вы трое уже были бы далеко отсюда!

— Клянусь! — сказал Диринг.

— Ты уже клялся, — пожал плечами Моралес. — А мы говорим, что не верим ни одному твоему слову.

Харт посмотрел на портфель:

— Что в нем?

— Денежки, — улыбнулся Моралес. — Много денежек. — Несмотря на то, что гостиная была оснащена кондиционером, капитан весь вспотел. Он вытащил из кармана шелковый носовой платок и вытер лицо свободной рукой. — Смешно, как переменчива судьба. Сначала кажется, что все идет не так. Но теперь, похоже, в конце концов все получится.

Диринг натянул веревки на запястьях, глядя на Харта.

— Это ты во всем виноват! Если бы тебя не было среди присяжных!

— Согласен, — сказал Харт. — Мне все это нравится еще меньше, чем вам. Но теперь, после того, как мы обменялись признаниями, не соблаговолит ли кто-нибудь из вас ответить на два моих вопроса?

— И каких же? — с издевкой осведомился Моралес.

— Ко всему этому Келли имеет отношение? Это он предал меня? Поэтому он мне позвонил? Чтобы заманить сюда?

Моралес с Дирингом смотрели на него недоуменно.

— Кто такой Келли? — спросил капитан. Тут до него дошло. — Ах да! Твой адвокат. Он — тот самый уникум, который закидал Большое жюри протестами, чтобы те не предъявляли тебе обвинения. — Он пошарил в кармане в поисках пачки сигарет. — Но при чем тут какой-то телефонный звонок?

Харт старался сохранить равнодушный вид.

— Это не важно. Я хочу знать одно: кто же на самом деле убил Пегги Коттон.

— Я, — произнес чей-то женский голос.

— Она жива! — вырвалось у Герты.

— Верно, сладкая моя, — ответила Бонни.

Харт повернулся. Если не считать перекрашенных волос, Бонни выглядела совершенно так же, как когда он видел ее в последний раз у себя в аптеке. Бывшая стриптизерша из ночного клуба была одета в простое дорогое белое платье спортивного покроя с глубоким V-образным вырезом, открывающим верх грудей, которые она так усердно выставляла для всеобщего обозрения. Дымящаяся сигарета, свисающая с уголка ее рта, делала ее вид необыкновенно порочным и развратным.

"Нет, — подумал Харт, — она изменилась. Все ее грехи и излишества начали проявляться на ее лице. Медоза назвал ее психованной”.

Харт был склонен с ним согласиться. Действительно, девушка была несколько не в себе.

— Привет, Бонни, — беспечно поздоровался он. — Поздравляю с воскрешением из мертвых! Ты, конечно, не могла уйти из жизни как все.

Бонни уселась на софу рядом с Моралесом.

— Не смеши меня, Харт! Я могу все, что хочу, даже убить тебя и твою блондиночку подружку. И мне ничего не будет. — Эта мысль, похоже, забавляла ее. — Я ведь мертва. Парень по имени Гарри Коттон убил меня. — Она заметила, что Диринг смотрит на ее ноги, и улыбка пропала с ее лица. — Хорошенькие, верно, папочка? — подразнила она его. Потом Бонни переключила свое внимание на Герту. — Если ты проживешь достаточно долго, чтобы воспользоваться моим советом, дорогуша, то предупреждаю тебя: никогда не имей дела со стариками. У них возникают невероятные идеи.