– Я хотел тебе позвонить, – весело продолжал Эд, – но побаиваюсь Бэллу.

– Как и мы все.

– Где вы сейчас?

– В Старом городе, ужинаем в ресторане. – Лекси посмотрела в сторону заведения. Бэлла болтала с Фэн и не заметила ее исчезновения. Вот и славно, ведь по правилам девичника любые контакты с женихом запрещены.

– Как поживает моя сестра? Наверняка смотрится среди вас белой вороной. – Эд рассмеялся.

Его неуместный презрительный тон покоробил Лекси, которой захотелось встать на защиту будущей родственницы.

– Очень мужественный поступок с ее стороны – приехать сюда и праздновать мой девичник, ведь после смерти Сэма прошло совсем немного времени.

– Ты права. Отпуск пойдет ей на пользу. Позагорает, выпьет, пообщается с людьми. Кстати, ты ничего не теряешь: второй день подряд льет дождь.

– Правда?

– Господи, как же я по тебе соскучился! Вот думаю, может быть, перекроить свой график на понедельник? Тогда я мог бы встретить тебя в аэропорту в воскресенье поздно вечером. Хоть пообщаемся.

– Отличная мысль! – Такое предложение приятно удивило.

– Мисс Лоу!

Лекси вздрогнула. К ней, уперев руки в бедра, шла Бэлла.

– Вы разговариваете с женихом и нарушаете второе правило девичника! – Подруга вырвала мобильник из рук Лекси и помахала в камеру. – Привет, Эдвард! Ты в курсе, что твои действия можно расценить как пособничество и подстрекательство к преступлению?

– Полностью признаю свои вину.

– И о чем же вы, голубки, чирикали? – Бэлла подняла брови.

Лекси бросила на нее полный отчаяния взгляд.

– Я всего лишь говорил невесте, как сильно по ней соскучился.

– Ну раз уж ты вторгся на наш праздник, думаю, можно тебя со всеми познакомить, – сказала Бэлла, уходя с телефоном к столику и увлекая за собой Лекси. – Кстати, я хромаю. – Она продемонстрировала в камеру свою ногу. – Какой-то скорпион позавидовал моему отличному вкусу на обувь и ужалил в ступню. – Бэлла неровной походкой шла через площадь и одними губами произнесла: «Вот видишь? Мы с твоим Эдом – лучшие друзья». И продолжила, уже громко и в камеру: – Мы только что поужинали в лучшем ресторане во всей Греции. Не буду показывать тебе свой живот, а то решишь еще, что я в положении.

Лекси снова бросила на подругу предостерегающий взгляд. Черт бы побрал Бэллу!

– А вот и девочки, – продолжала та, наводя камеру на столик. – Устоять не смог никто. Мы просто объелись дзадзики. Полагаю, большую часть присутствующих ты знаешь. Хотя с Фэн вы не знакомы – это моя невероятно сексуальная девушка.

– Привет! – Фэн помахала в камеру.

– Привет! – весело отозвался Эд.

Бэлла повернулась в другую сторону.

– Это Робин. Слегка подгорела, кажется.

– Пей побольше жидкости, – посоветовал Эд.

Робин подняла бокал.

– С этим я отлично справляюсь.

Теперь Бэлла навела камеру на Элеонору.

– Бьюсь об заклад, ее лицо ты точно знаешь!

– Привет, сестренка!

Лекси увидела, как Элеонора изобразила широкую улыбку и подняла бокал, приветствуя брата.

– Эдвард!

Бэлла окликнула Ану, которая лавировала между столиками в своем новом платье нефритового цвета и с простым черным платком, завязанным модным бантом на голове. Ана повернулась, издали помахала Бэлле и крикнула:

– Мне нужно в туалет!

– Ну вот, теперь ты в курсе, что Ане приспичило пописать. Теперь ты со всеми знаком. Только, боюсь, я не могу дать трубку невесте. Запрещено правилами.

Лекси закатила глаза.

– Верни мне телефон.

– Ни за что! – Бэлла держала мобильник так, чтобы его нельзя было выхватить. – Вот и все, голубки. В воскресенье увидитесь. Прощайтесь.

Она повернула телефон экраном к Лекси. Та подняла руку, чтобы помахать жениху, увидела на экране Эда и удивилась его странному виду: глаза прищурены, брови насуплены, одна рука на затылке.

– Эд? – окликнула его Бэлла. – Не хочешь сказать «до свидания» будущей жене?

Официантка принесла саганаки – Элеонора заказала добавку. Она обожала это блюдо: жаренный в оливковом масле сыр гравьера, который подают на стол, сбрызнув лимоном. Закуска только что покинула сковороду – на золотистой корочке еще появлялись пузырьки. Элеонора поблагодарила официантку, подвинула тарелку поближе и вилкой отломила кусочек кушанья. Из разлома потек расплавившийся сыр. Она положила небольшую порцию в рот и принялась жевать, закрыв глаза. Соленая масса с пикантным вкусом и тонкой хрустящей корочкой – верх наслаждения!