Так, откуда у меня в лексиконе эти словечки? А! Точно! В отчётах Брихтена так упоминались по цвету километры занавесок, что покупались для какого-то шоу.

Ящеры, кстати, уже начали шептаться, что хер с теми красными контрактами… Убить меня — и всего делов…

— Вы закончили или мне продолжить? Если попугаю что-то от меня надо, пусть придёт и скажет лично, а не трусливо прячет клюв в заднице у любовника.

Уф… Как тут зашевелилась толпа. Видимо, такое оскорбление обычно приводит к многолетним войнам. До смерти одной из сторон. Ну, так-то мне плевать. Правила города очень и очень способствуют ведению скрытых конфликтов. И на попугая у Брихтена тоже имелся компромат, который я был не прочь использовать, дабы подломить прибыль его бизнеса.

Что же касается моего собственного… Ну, в ближайшие пару дней я всё равно не планировал работать. Охрана на перерождении — платить им не надо. Бабла я приподнял за последний поход.

Так что война в моем случае — это даже неплохо. За ней легко скрыть следы манипуляций. И вычистить всякую плесень из команды. Кто останется — даже будь он хоть десять раз ублюдком — будет верным ублюдком. А верные выполняют приказы. Поставлю мудилу на путь истинный и пусть кайфует от своей нереальной крутости. А если не будет рад… Ну, мой батя сказал бы так: «Глаз на жопу натяну». Но я бог высококультурный. Я максимум моргалы выколю.

— Улия, Анна, идите сюда. Если они больше пяти раз преградят вам путь так, что вы столкнётесь с ними, это будет считаться малым препятствованием и нарушением. Система выдаст штраф клоуну.

Я только что сказал полнейшую ерунду. Но её сказал Я. Вокруг огромная толпа. И все снова зашептались. Загомонили буквально все ближайшие улочки.

— Что? Ты слышал о таком правиле?

— Нет…

— Я тоже не слышал.

— Может, нововведение городского совета?

Девчонки разом двинулись вперёд, врезаясь в мускулистые груди ящеров.

— Раз, два, три, четыре… — я считал в слух, и к «пяти» круг «охранников из пятёрочки» сам собой распался. Девки прошмыгнули мимо.

— Почему ты отпустил руку?

— А штраф кто потом платить будет?

— Да какой штраф? Он придумал всё.

— Тогда зачем ты в сторону сместился, подставив меня под людских самок? — ругались два идиота.

— НЕ РАБОТАЕТ! — закричал кто-то из толпы, явно находящийся навеселе. — Уже шесть раз я не дал ему пройти, и Система молчит!

— Ясен пень — молчит. Я выдумал эту ерунду, — ответил умнику и отправил девок внутрь двора, после чего повернулся к ящерам. — Напоследок, тупенькие вы мои, хотел бы сказать вам одну знаменитую фразу классика из моего мира: «Господа, вы кто такие? Я вас не звал. Идите на*уй!»

— Брихтен! Штраф пять нод за ругань в общественном месте! — веселясь от всей души, довёл до меня информацию стражник с повязкой.

Тут же кинул ему монету номиналом в десять нод.

— Пять в уплату штрафа, пять на пиво. За моё здоровье! Мельче просто нету, — засмеялся я и скрылся внутри двора.

Во взъерошенном, перепуганном и восторженном состоянии меня встретили нимфы «Святых Небожительниц» и прислуга со стражей.

— Господин, что дальше делать?

— Никого не пускать, ворота закрыть. Отдыхаем и ждём. Нам всего-то две ночи продержаться осталось, — пожал плечами и скрылся в кабинете, уволакивая за собой двух красавиц.

Мой новый дом, получив команду отдыхать, реально расслабился и начал отдыхать. Все, перешушукавшись между собой, коллективно пришли к каким-то своим выводам. Мол, меня подставили. Я нашёл крысу. Та сбежала. Сейчас ждём возрождения боевых отрядов, и тогда уже великий и могучий Брихтен даст всем прикурить.

С другой стороны, шепотки через тех самым похотливых прислужниц доносили, что многие считают, мол, я сегодня, пусть и был особо остроумным, но сильно перегнул палку. И теперь начнётся длительная война с большими последствиями. И они были правы во всём, кроме одного: не такой уж я и остроумный. Просто озорное настроение напало.

На Земле были мастера выступлений, которые меня бы в два счёта заткнули. Мне же в оппоненты достались тугодумы-рептилии. Которые половины шуток и завуалированных оскорблений так и не поняли. Но ничего, если запомнили — им объяснят.

На дворе стояла глубокая но светлая ночь, когда Анна устало потянулась посмотрела на меня счастливым взглядом.

— Я всё. Разобралась с инструкцией и готова попробовать. На себе, в первую очередь.

Отправлял я их за договорами. Купили они столько, насколько хватило денег. Каждый бланк, заверенный печатью совета, стоит пять нод. Итого у меня двадцать бланков. Ещё пять таких же обнаружил у самого пузана среди документов, принесённых предателем.

Почему он сбежал, я, кстати, тоже выяснил. И почему он к моему противнику переметнулся, тоже ясно как белый день. У гада имелся на меня компромат. Правда, кое-какую деталь козлина всё-таки не учёл. Эти самые компрометирующие меня документы я самолично вскоре и уничтожу. Да, речь об образцах договоров, что в обход системных стандартов приводят к нарушению условий жизни младших божеств. Вот только у него жалкие копии. Сами контракты я сожгу, а слово к делу не пришьёшь. Даже если они решат настучать на меня и раскрыть секрет фирмы.