Когда у особо смешливых особ заболели животы, Лерка предложила провести всесторонние испытания «салона», то есть, помещения приличных размеров, оснащение которого позволяло устраивать любые музыкальные мероприятия, начиная с караоке-баттлов и закачивая самыми настоящими балами. Что самое забавное, в этом зале обнаружился даже пилон, на котором, согласно буклету с инструкциями, могли выступать приглашенные звезды стриптиза или pole-dance!

Стриптиз мне показывать не стали. Чтобы не сбивать Кнопку с пути истинного. Но все остальное попробовали. Да-да, включая танцы на шесте! Сначала Линда «вспомнила юность» и под очень красивый медляк изобразила композицию из десятка реально сложных элементов. Из моих девчонок всю последовательность смогла повторить только Ростовцева, а Лерке, Таньке и Ольге не хватило силы рук. Но они честно старались. И иногда изображали такие кренделя, что не передать словами.

Поэкспериментировал и я. чтобы поддержать веселье. Сил хватило с запасом. Пластики, фантазии, чувства ритма и дури — тоже. Подвел вес: во время выполнения одного из амплитудных элементов верхнее крепление шеста, не рассчитанного на таких упитанных танцовщиц, стало угрожающе поскрипывать, и я был вынужден закончить вольные упражнения.

Многоголосый стон, которым дамы встретили мой финальный поклон, заставил возгордиться. Как оказалось, зря — эти оторвы захотели выяснить, как я танцую. И отнюдь не медляки! Следующие минут сорок я чувствовал себя антропоморфным дендромутантом: даже Оля, которая, вроде бы, выпустилась из моего же детского дома, чувствовала себя на танцполе, как рыба в воде. То есть, без особого труда отплясывала почти под любые ритмы!

– Наш любимый мужчина обязан быть лучшим во всем! — заявила Лерка после того, как я запутался в ногах под звуки Венского вальса. И начала меня учить. А для того, чтобы было смешнее, выбрала мне партнершей Кнопку! При имеющейся разнице в росте положить ей руку на талию и одновременно держать спину мне не удалось. И Рыжова, недолго думая, потребовала, чтобы я посадил Олю на сгиб локтя! Мол, «правильно переставлять ходули это не помешает, а девочке будет приятно»!

Столь нечеловеческие условия дрессировки не помешали мне освоить пару-тройку элементов. Освоил бы и больше, но самые смешливые опять устали ржать, и мы решили попеть. Девчонки шустренько скачали на сервак караоке добрую сотню минусовок русских песен, подключили все четыре имевшихся микрофона и отожгли. Да, исполняли заметно слабее Лиззи, но не фальшивили и вкладывали душу в каждую композицию, так что нам было в кайф. Стеснение, робость, боязнь сцены?! Ха! Линда с удовольствием подпевала каждой русской песне, Кнопка, напрочь отпустив тормоза, нон-стопом изображала подтанцовку в паре с отрывающейся Анькой, а Голикова с Рыжовой доводили нас до смеховых истерик, исполняя песенки из старых мультфильмов детскими голосами!

В начале пятого утра я почувствовал себя слабым звеном — да, пение девчонок продолжало доставлять удовольствие, но тарелки, на которых не осталось ничего съедобного, стали действовать на нервы как-то уж очень сильно. Чтобы не обламывать подруг, я свалил вроде как в туалет, а сам поднялся на кухню и влез в холодильник. Здоровенный кусок вяленной ветчины, купленный Танькой специально для меня, мгновенно бросился в глаза, и я потерялся в мечтах. Увы, ненадолго — стоило вооружиться ножом и положить добычу на разделочную доску, как в помещение ворвались злые тетки и заявили, что настолько проголодались, что готовы сожрать меня! В результате как минимум девять из десяти тончайших, прозрачных и одуряюще пахнущих пластов хамона испарялись, как роса на летнем солнце! А я резал, резал, резал… и мысленно уговаривал себя еще чуточку потерпеть. Реакция одной из самых сердобольных потребительниц вкусняшек не заставила себя ждать — в какой-то момент мелкая сделала шаг в сторону, открыла моему взгляду приличную горку похищенного мяса и притворно нахмурилась:

– Чубаров, у тебя совесть есть?! Ты не оставляешь девушкам ни единого шанса придраться к твоему поведению и устоять!

– Мы уже не устояли и ничуть об этом не жалеем… — сыто мурлыкнула Линда.

– Вам хорошо. А что прикажете делать мне?

– Смертельно обидеться, развернуться на месте и уйти в закат? — ехидно улыбнувшись, предложила Анька.

– И оставить его на растерзание злобных гримеров-отравителей? Не дождетесь!

– Отравить самой? По-доброму, совсем не больно? — хихикнула Лерка.

– Неа — вы этого не переживете, а я к вам уже привыкла.

– Отравить ему жизнь нереальной заботой и беззаветной преданностью? — спросила Татьяна.

– О-о-о, чувствую, ты знаешь толк в извращениях! — рассмеялась Кнопка, а потом посерьезнела: — Мы знакомы считанные дни, но за одну-единственную ночь вы подарили мне больше счастья, чем я испытала за всю свою прошлую жизнь. При этом я ни разу не почувствовала даже намека на фальшь — вы по-настоящему любите Чубарова и верите ему, как самим себе, поэтому вполне осознанно скопировали его отношение ко мне. Я тоже скопировала его отношение к вам. По тем же самым причинам. И ни за что на свете не переиграю этого решения. В общем, имейте это в виду и помните, что я — ваша…

10 сентября 2042 г.

…Среда оказалась невероятно богатой на события. Самое первое — встреча рейса Москва-Майами — прошла по плану и без каких-либо эксцессов. Мы с Ростовцевой на двух машинах примчались в аэропорт, дождались посадки самолета, прибывшего по расписанию, созвонились с Алферовым, объяснили, где искать наши машины, и тихо-мирно повезли его, Али Мавлетовича, Тимура, Тихона и Рамазана в сторону дома. Кстати, по дороге туда я раскатал губу на то, что хотя бы Карсанов от души выдрыхнется во время перелета и согласится поработать со мной в паре часик-полтора — увы, запредельная скорость реакции и анализа не добавляли Аньке ни килограмма массы, а вкладываться в семидесятикилограммовую тушку, зная, что ее либо унесет, либо расплющит, как-то не улыбалось. Уже через пять минут после начала движения губу пришлось закатать обратно — как выяснилось из рассказов парней, сервис и комфорт на чартерных рейсах с легкостью доконал бы любого патологического оптимиста.

Не успели мы добраться до виллы и отпустить «стоиков» отдыхать, как мне позвонил Джеральд Миллер и попросил разрешения заскочить в гости. Я, конечно же, не отказал, и где-то минут через двадцать лично поднял его к нам в кухню, чтобы дать девчонкам возможность его накормить.

Умяв двойную порцию голубцов, он осоловело откинулся на спинку кресла и пару минут медитировал на зеркальную дверцу практически не используемой микроволновки. Потом вспомнил, что приехал по делу, заставил себя собраться с мыслями, поблагодарил хозяек за умопомрачительно вкусный завтрак и после небольшой паузы посмотрел на меня: