— Хм, хм… я согласен, конечно. Для меня это честь, майор, — серьезно говорю.

— Вот и славно, славно, — радуется царский охотник. — Ну ступай, а то Гризли ждет же.

Полночи провожу в «вязании» конструкта. Стягиваю вместе привередливые телепатические узлы, которые то и дело норовят развязаться и превратиться в пшик. Но наконец выходит. Е-е-ес. Не знаю, насколько структура пси-клинка идеальная. Ее еще надо насытить эфиром для работы. Велик соблазн сделать это сейчас заодно уж. Но нет, лучше сначала показать Мозговику. А то вдруг я какую-то хрень связал и еще есть шанс подправить огрехи.

А на следующий день спозаранку сам Степан привозит меня на школьную стоянку. Иосиф Альбертович уже стоит у дверей пустого фургона и смотрит на наручные часы. Значит, я первым прибыл. Попрощавшись с охотником, выгружаю сумку с вещами и иду закидывать ее в багажный отсек.

— Доброе утро, учитель.

— И тебе, Даниил.

Второй приезжает Лена, а затем уже дворянчики на семейных «Чайках». Мы здороваемся друг с другом. Предякин с недовольной физиономией оглядывает фургон.

— У-у, колымага… Камила, я говорил, надо было ехать на личном авто.

— С друзьями веселее, — с белозубой улыбкой отвечает Камила и обращает внимание на мою девушку. — Лена, сядем вместе?

— Извини, я с Даней уже договорилась, — спокойно говорит староста, не моргнув и глазом.

Правильно, с этими дворянками так и надо, а то благородные пигалицы сядут тебе на шею. Кремень, Лена. Девушка уже начала учиться. Посмотрим, как дальше дело пойдет. Ведь со временем понадобится и зубки показывать.

— Мм, хорошо, Елена, — задумчивым взглядом провожает ее брюнетка.

— Проходим, не задерживаем товарищей, — поторапливает учеников Иосиф Альбертович. — Пора ехать.

Внутри жарковато. В итоге рассаживаемся парочками: мальчик-девочка. Фургон трогается.

— Тут есть кондиционер? — машет рукой недовольная Света. — Включите или хотя бы откройте окно.

Гриша поворачивается к Предякину.

— Богдан, сделай, пожалуйста, лёд для девушек. Не хотелось бы, чтобы радости наших очей мучались, да.

Хмыкнув, Айсмен кастует посреди прохода ледяной кол. Сразу посвежело.

— Спасибо, — Света улыбается Грише.

Казах кивает, довольный как слон. Лена с Камилой тоже благодарят парня, что не очень-то нравится Предякину.

— Почему ледышку наморозил я, а лавры достаются Калыйр?

— Тебе тоже спасибо, Богдан, — произносит Камила, но без той же теплоты в голосе, что была секунду назад по отношению к Грише.

— Спасибо, Богдан, — поворачиваюсь я к Айсмену. — Твоя магия сделала нашу поездку в разы приятнее.

Но моя вежливая улыбка почему-то его не радует.

— Закройся, умник.

Эх, что за человек? Прямо не угодишь.

А фургон тем временем уже покинул черту города. Мимо проносится сложная система развязок на имперской трассе.

Всего дорога займет где-то пять часов. В середине пути мы делаем получасовую остановку в придорожном кафе, чтобы перекусить и передохнуть. Внутри просторная забегаловка почти пустая, лишь за дальним столиком сидит группа мужчин с грубыми лицами. Наверное, дальнобойщики. Они оглядываются на нас и очень уж пристально смотрят на наших девчонок.

На месте учителя я бы увел своих подопечных детей отсюда и поискал бы другое место перекусить. Но Иосиф Альбертович у нас близорукий и не заметил недоброжелательных соседей, сами детишки заметили, но они бесстрашные, а я…я тоже не против небольшого веселья, если оно начнется.

Мы садимся за стол, подошедший официант принимает заказ. Посиживаем, болтаем, ждем, когда принесут еду. «Дальнобойщики» временами зыркают в нашу сторону, особенно на Камилу, но ничего не предпринимают. Неужели обойдется?

— Я выйду ненадолго, — предупредив, встаю и отхожу в туалет.

Меня нет буквально пару минут. Умывшись, возвращаюсь к столику. А там уже три мордоврота возле ребят вертятся.

— Проблемы? — на автомате произношу. Подняв на меня взгляд, Лена едва заметно кивает.

Самый огромный здоровяк с бритой головой криво усмехается.

— Вы заняли наш столик, проваливайте, детвора.

Оглядываюсь на бармена, тот, не подавая виду протирает, чистый без единого пятнышка стакан. Официанты куда-то делась. Ну, понятно, братки пожаловали, настоящие хозяева жизни. Знаем, видели.