— О… Грег, малыш! Я люблю твой рот, люблю, как ты пожираешь меня.

В ответ я лишь рычу, желая, чтобы она заткнулась.

Идя вслепую по коридору, я дважды пригибаюсь, чтобы она не ударилась головой о дверную раму, и бросаю ее обратно в смятый беспорядок моей кровати.

Она быстро переползает на самый край, и, прежде чем я успеваю ее остановить, мой член оказывается глубоко в ее горле. Я приостанавливаюсь на секунду, чтобы насладиться ее порочным трахающим ртом, а затем мягко отталкиваю ее от себя.

— Нет времени, Мэнди. Нужно быстрее разобраться с этим дерьмом.

Потянувшись к приставному столику, я беру еще один презерватив и натягиваю его на свой напряженный член. Если я не окажусь внутри ее тела, то в любую секунду сорвусь.

— Перевернись — она снова хмурится, но поворачивается и поднимает задницу высоко в воздух. Легко шлепнув ее по бедру, я прохожусь кончиком члена по ее половым губам. Каждый раз, когда сталь моего пирсинга касается ее клитора, она нетерпеливо ерзает.

— Трахни меня! — кричит она, толкаясь бедрами.

— Лучше держись Мэнди. Я собираюсь жестко тебя трахнуть.

Я вхожу в ее киску одним быстрым, глубоким толчком. Она вскрикивает от удовольствия, раскачиваясь назад, чтобы встретить мои сильные удары. В этом нет ничего любовного; это удовлетворение потребностей мужчины и женщины.

Проходит всего несколько минут, прежде чем ее стенки плотно обхватывают мой член, высасывая из меня все до последней капли. Крепко шлепнув ее по попе, я выхожу и иду в ванную.

— Мне пора идти, Мэнди. Давай подброшу твою прекрасную задницу домой.

Я закрыл дверь как раз вовремя, чтобы избежать удара от предмета, который она в меня швырнула через комнату.

Сумасшедшая сука. Вот почему я так долго избегал отношений.

Глава 2

Грег

Паркуясь перед домом Акселя и Иззи, я быстро взбегаю по ступенькам и открываю дверь своим ключом.

— Из? — Кричу я и мой голос эхом разносится по всему дому.

— Я здесь, Грег. Готовлю тебе его сумку. — Предполагая, что ее голос доносится с кухни, я иду в том направлении.

Поворачивая за угол на кухню, я чуть не сбиваю Иззи с ног в ее суматохи.

— Малышка, ты должна успокоиться. Как ты думаешь, что именно должно произойти, а?

— О, Грег… Я не знаю. Просто чувствую, что что-то пойдет не так. Теперь, когда Нейт болен, и свадьба в эти выходные, я просто не могу перестать волноваться.

— Тебе нужно остыть. Обещаю, что ничего не случится. — Я заключаю ее в объятия, ожидая, пока ее неистовое дыхание немного успокоится. — Где мой маленький приятель?

— Там, у черного входа. Прямо сейчас он одержим тем, чтобы смотреть в окно. — Я ухожу, позволяя ей продолжать метаться по кухне.

А, вот и он. День, когда родился Натаниэль Грегори Рид, был одним из лучших дней в моей жизни. Не потому, что он не мой ребенок, нет. Потому что девочка, которая выросла и стала мне сестрой, не только родила его, но и победила своих демонов, чтобы сделать это. Плюс, помогает то, что симпатичный малыш назван в честь его любимого дяди.

— Нейт! Как сегодня поживает этот красивый малыш? — Он отворачивается от окна, смотрит на меня и одаривает широкой, пускающей слюни улыбкой. Подхватив его на руки, я прижимаю его к своему телу, просто наслаждаясь ощущением его маленького тела рядом с моим.

— Вот его сумка. Закуски, бутылочка и его соска. Подгузники, салфетки и все остальное, что может понадобиться. У него назначена встреча с доктором Шенноном. Ты ведь знаешь, как добраться до кабинета педиатра, верно?

— Да, Иззи. Знаю. Мне нужно идти, иначе мы пропустим эту встречу. Хочешь поменяться машинами, чтобы тебе не пришлось переставлять кресло?

— Было бы прекрасно, и Грег… спасибо. — Она наклоняется и целует меня в щеку, прежде чем окружить Нейта своей любовью. Возможно, я даже видел, как бедный ребенок умолял меня глазами вытащить его отсюда. Дядя Грег спешит на помощь.

***

Мы добираемся до кабинета врача с запасом в несколько минут. Вытащить Нейта из машины и доставить в кабинет — самая простая часть; попытка вытащить мои жетоны у него изо рта — совершенно другая проблема. Я знаю, что Иззи ненавидит, когда он так поступает с Акселем, но, черт возьми, бедный ребенок несчастен. За две секунды он превращается из чертовски счастливого в кричащего. Я ненавижу видеть, как малышу больно, поэтому я знаю, что это должно убить Иззи и Акселя.

Подходя к стойке регистрации, я улыбаюсь хорошенькой маленькой блондинке.