– Ты, мелкий негодяй! Как ты смеешь так неуважительно отзываться о старших!

– Почему-то я всегда думал, что только негодяи собирают целую толпу, чтобы подавить младшего. И уже такие люди совсем не вызывают у меня уважения, даже наоборот – я таких просто презираю, – глядя прямо в глаза этому моральному и не только уроду, сказал я.

– Да ты смерти ищешь! – взревел он, однако я заметил, что многие из его прихвостней стыдливо отвели глаза. Похоже, у них еще сохранились остатки гордости, и им была неприятна эта ситуация.

– Если у вас есть проблемы, мы всегда можем уладить это на арене, – уже вовсю улыбаясь, сказал я. Мне просто доставляло удовольствие ставить его в неловкое положение в качестве жуткого и мерзкого злодея. Он-то про себя считал, что он настоящий герой, который собирается воздать мне по справедливости, но я разбил все его мечты, обнажив его истинную натуру.

– Если ты такой храбрый, что же ты так долго бегал от нас? – уже потеряв всё своё самообладание, спросил он, в очередной раз подставляя себя.

– Так вы за мной гонялись? Я об этом ничего не знал, вы бы хоть как-то об этом сообщили. Я, конечно, заметил, что целое стадо баранов пасется возле выхода из академии, но я никак не предполагал, что вы охотились за мной, – сделав удивлённые глаза, сказал я.

– Хватит болтать, твой язык как помойное ведро, после каждого слова мы оказываемся в мусоре по шею! – взвизгнул заводила, уже теряя человеческий вид, превращаясь в гротескную форму воплощения безумия.

– Так какое у вас дело ко мне? – перестав улыбаться и окинув всех грозным взглядом, спросил я.

– Ты слишком высокомерный, и нам это не нравится, – сказал здоровенный громила, пока их заводила пытался восстановить дыхание после особо острого приступа бешенства.

– Так вы хотите подраться? Так бы сразу и сказали. Нападете все сразу или по очереди? – по-деловому и совершенно спокойно спросил я.

Это моё отношение несколько сбило их с толку. Они, видимо, ждали обвинений и нежелания сражаться или даже попытку побега. Моё же согласие заставило их неловко замолчать.

– Ну так кто первый хочет отправиться в лазарет? – стал провоцировать их я. Времени до начала занятий оставалось мало, так что мне требовалось поторопиться и как можно скорее закончить этот неприятный инцидент.

Еще мне не терпелось проверить некоторые теории, что у меня появились после изучения Железного кулака на практике. Эти идиоты мне вполне подходили для этой цели.

– Бей его! – закричал заводила и первым бросился вперед, занося руку для удара.

Хоть он уже и достиг третьей ступени уровня Воина, его удар был довольно медленным и посредственным. Легко поднырнув под его кулак, я нанес четкий удар, используя технику Железного кулака ему в живот. Как бы ни была сильна его защита из духовной энергии, проникающий удар в солнечное сплетение заставил его тут же потерять сознание.

Парень, что поддался общему настроению и напал на меня сзади, напоролся на мой локоть и также потерял сознание. Хоть техника и называлась Железный кулак, в основе её лежала именно концепция нападения. Неважно, какой частью тела я бил, всё это было боевым навыком Железного кулака.

Чистый пинок в живот вырубил еще одного любителя групповых сражений, третьим, кто отважился напасть, ожидаемо оказался здоровяк. Остальные резко разорвали дистанцию и по-новому взглянули на ситуацию.

После начала боя прошло только два вздоха, а уже трое лежали на земле без движения. Такое зрелище любого заставит задуматься об отступлении, только вот я никого не собирался отпускать.

Получив больше пространства для маневра, я побежал по кругу, раздавая люлей. Используя руки и ноги, я сделал семь шагов, отправляя всех участников этого боя в нокаут. Я даже не стал им ничего ломать или отрезать, просто вырубил их. Двигался достаточно быстро, чтобы мои движения создали иллюзию одного удара. Всем зрителям показалось, что я одолел всех одним движением руки.

Проходившие мимо основные ученики Стальной академии с удивлением смотрели на кучу лежащих на земле тел. Еще с большим удивлением они смотрели на меня.

Двое дежурных с красными повязками на руках подошли и стали проверять пострадавших, после чего стали по очереди относить их в лазарет. При этом они кидали в мою сторону странные взгляды, но вопросов не задавали.

Отметив, что ситуацию взяли под контроль, пошел на занятия. Слухи о моей стычке, как степной пожар, пронеслись по всей академии. И уже к концу теоретических занятий возле аудитории собралась толпа любопытствующих.

Я уже представлял, что мне придётся пробиваться, чтобы выйти, когда студенты вдруг стали расходиться. Это выглядело довольно странно, пока я не увидел внушительную делегацию учителей, идущих к нам.