Они были в середине быстрой, горной реки, которая, казалось, не собиралась отступать. Вместе Аврора и Киран поплыли к ближайшему берегу, борясь с течением, которое хотело смести их с пути. Несколько раз Аврора чувствовала, как её конечности врезаются во что-то невидимое под водой, деревья, кусты или что-то ещё, что она не могла определить.

Она понятия не имела, сколько времени им потребовалось, чтобы выбраться, но казалось, что это никогда не закончится. Когда они, наконец, достигли достаточной отмели, чтобы их ноги коснулись дна, они схватились друг за друга для силы и выскочили из воды. Потом они рухнули на берег, обессиленные, промокшие и дрожащие. Аврора откашлялась от воды, которую вдохнула, и прижалась щекой к влажной земле, которая по сравнению с ней казалась тёплой.

Киран первым поднялся на колени. Туника, которую он носил, прилипла к груди, как будто была частью его самого, и куртка, которую он надел поверх, тоже вся промокла. Слава небесам, у него всё ещё была сумка. Она совершенно забыла о ней в безумии течения. Он быстро проверил и не сообщил ни о каких проблемах, так что она предположила, что сумка осталась целой и невредимой.

Затем он взглянул на Аврору, и его губы растянулись в слабой усмешке.

— Приемлемое для тебя приключение, принцесса?

Она медленно поднялась на ноги, чувствуя боль и онемение во всём теле.

— Это? Детские шалости.

Он рассмеялся.

— Пойдём. Нам нужно найти укрытие, снять мокрую одежду и, надеюсь, развести огонь.

На этот раз Аврора не стала спорить. Дул пронизывающий ветер, и температура за пределами города была не лучше, чем внутри городских стен. Она знала, что чем дольше они так сидят, тем больше рискуют заболеть.

Используя небесный огонь в её груди как фонарь, они забрели в ближайшую рощу и начали собирать хворост для костра. Аврора держала всё на весу, не желая, чтобы её мокрая одежда намочила дрова и помешала разжечь огонь. Им повезло, что они наткнулись на горную местность в лесу. Они отыскали укрытие — не совсем пещера, но место представляло собой ровную площадку, на которой можно было спать, и имелся выступ, блокирующий ветер и дождь, который мог начаться ночью.

Они двигались в лёгком ритме, раскладывая свои материалы для костра, время от времени останавливаясь, чтобы снять с себя часть мокрой одежды. Аврора была уже в штанах и лёгкой майке, когда услышала, как Киран тихо выругался, пытаясь разжечь огонь.

Она остановилась, выглянула через его плечо, и увидела, что его руки трясутся так сильно, что ему трудно ударить по кремню с достаточной силой, чтобы вызвать искру. Она положила руку на его уже обнажённую спину. Он вздрогнул от прикосновения её холодной руки, но не отодвинулся.

— Позволь мне.

Раньше он, вероятно, стал бы спорить, настаивать, что прекрасно знает, как разжигать огонь, но то ли от усталости, то ли просто от долгого путешествия, которое они проделали вместе за последние месяцы, на этот раз он ничего не сказал, только встал и освободил ей место для работы.

Она проигнорировала предложенный ей кремень и вместо этого протянула руку к будущему костру. Она тоже дрожала, но её намерения требовали менее точного мастерства и грубой силы. Она сделала успокаивающий вдох и потянулась к той части своей души, которая принадлежала ей, но нет. Она ответила, неистовая, заряженная и горячая на ощупь. Она потянула, позволив магии скатиться по руке к аккуратно сложенной куче дров, и уставилась на растопку у основания.

Она завладела изменяющимся давлением и из её ладони появилась маленькая полоска раскалённого добела небесного огня. Вспышка небесного огня охватила растопку, к которой стремилась, обугливая землю вокруг. Но дело было сделано. Несколько больших кусков дерева вспыхнули пламенем.

Киран схватил её за плечи и оттащил на несколько шагов назад, подальше от потрескивающего огня, который мгновенно ожил. Он взял несколько более тяжёлых поленьев, которые были сложены поблизости, бросил их в пламя, и в мгновение ока ревущий огонь вспыхнул перед ними, испуская жар, который начал медленно пробиваться сквозь холод, захватывая каждый дюйм тела Авроры.

Они разложили одежду, которую уже сняли, на больших камнях, окружавших их святилище, и когда дел больше не осталось, она повернулась к Кирану. Он потёр затылок. Раздетый, но в брюках, которые всё ещё были на нём.

Он прочистил горло.

— Было бы лучше, если бы мы сняли всю нашу мокрую одежду.

Аврора кивнула, понимая, что он прав.

— Мы можем расположиться в разных местах, — предложил он. — Я останусь за этой скалой, — сказал он, указывая на место подальше от костра, в котором, как она догадалась, будет довольно холодно всю ночь. — Ты можешь остаться на этой стороне. Надеюсь, к утру хотя бы некоторые вещи окажутся достаточно сухими, чтобы снова их надеть.

— Это глупо, — ответила Аврора. — Тебе нужно быть у огня. Ты заболеешь.

— Тогда мы будем спать по разные стороны костра. И я обещаю не смотреть.

— Теперь ты ведёшь себя просто смешно. Ты прекрасно знаешь, что самое разумное для нас — это разделить тепло тел. Кроме того, мы уже спали бок о бок.

Не говоря уже о поцелуе в реке, о котором никто из них не упоминал, так как им удалось не умереть после этого.

— Да, но это было раньше. И мы никогда не были…

Он сделал жест, который, как она догадалась, имел отношение к их скорому состоянию в неглиже.