Ирграм отметил, что и растут деревья как-то… слишком уж правильно.

Еще отметил гнездо мелкой нежити неподалеку.

И крупной твари, но уже дальше.

Весьма крупной.

На север лучше не соваться. Хотя, конечно, Ирграм будет сильнее, но зачем ему это доказывать? Да и спит тварь. Пускай себе спит.

Он позволил сознанию раскинуть сеть шире. Восприятие обострилось, вероятно, во многом благодаря пластине. Но и ладно.

Но и пускай себе.

Зато теперь он видел и овраг, построенный Древними. Тот воспринимался своего рода границей, причем уходила она не только в стороны, но и вниз. И проверять эту границу на прочность Ирграм не рискнул бы.

Приближение человека он почуял задолго до того, как услышал. И отнюдь не потому, что двигался человек этот тихо. Да, пожалуй, что очень тихо.

Для человека.

И в прошлой жизни Ирграм точно не понял бы, откуда тот взялся. А теперь вот он просто позволил себе вырваться из полудремы. И даже сел, прищурился, вглядываясь в тени. Солнечный свет, проникая сквозь крону деревьев, был не таким ярким, как вне леса, но все одно раздражал.

И глаза слегка зудели.

Ирграм удержался, чтобы не потереть их.

— Эй, упырь, ты где? — человек остановился в десятке шагов. — Выходи. Разговор есть.

Рытвенник заворчал.

— И тварь свою прибери. Я и вправду поговорить хочу.

Наемник.

Конечно, кто еще рискнул бы выйти за пределы круга. Ирграм потянулся и подумал, что в разговоре дурного не будет. Полезное? Возможно.

Он встал.

— Я тебя знаю.

— А я тебя. Не столько знаю, сколько помню. Другим, правда.

Тень.

У него имелось имя, но его давно забыли, если вовсе знали. Люди, выросшие в Городе, рано понимали, какую ценность представляют имена. Ирграм зевнул, демонстрируя клыки.

— Мы можем быть друг другу полезны, — сказал наемник.

— Чем?

Ирграм не издевался. Он действительно не понимал, какую пользу лично ему принесет этот человек. Да, прежде… тот славился и удачливостью, и силой.

Тень из числа лучших.

Если вовсе не лучший.

— Тебя ведь держит что-то, верно? — руку с клинка он снял и старался казаться спокойным, но Ирграм чувствовал его нервозность.

Не страх, нет.

Сильный человек.

И кровь у него должна быть… нет, Ирграм может обходиться без крови. Он и голода-то не испытывает. С другой стороны, и люди едят не только потому, что голодны.

— Скорее всего клятва. Без нее ты или попытался бы убить нас, или, что вероятнее, просто исчез. Но ты держишься… и кому ты клятву принес?

— Какая разница.

— Магам рода Ульграх? Возможно… но нет, в тебе нет прежней почтительности. Значит, из этих оков ты выбрался.

— Надо чего?

— Союз, — Тень знал, когда стоит остановиться. — Я с ними тоже лишь потому, что Карраго обещал вытащить моего сына. Только…

— У него не получилось?

— Получилось как раз-то… ему намного лучше. Но это место… возможно, здесь мы останемся оба. Если не все.

Ирграм подумал и кивнул. Место и вправду не слишком подходило для людей.

— И ты хочешь уйти, — сказал он утвердительно.

— Не уверен, что получится.

И это верно.

— Ты дал слово?

— Именно.

— И пока твой сын жив, ты прикрываешь их задницы.

Тень склонил голову.

— Но тебе это не нравится, — Ирграм позволил себе оскалиться. — Правильно. Как только выпадет случай, он от тебя избавиться. Карраго считает тебя опасным.

— Льстит.

— Да нет… он болен, — Ирграм потер кончик носа.

— Быть того не может.

— Может. Воняет от него. Это не чума, — счел нужным уточнить Ирграм.

Выбравшись из вороха прелой листвы, рытвенник сунулся под руку. И на человека уставился, внимательно так, с надеждою даже. Причем надеялся он точно на то, что человек этот не слишком Ирграму нужен.

— Все одно… ладно. Мой сын сейчас спит. И так, что его не могут разбудить. Если не смогут, то…

— Он умрет.

— И не только он.

Девчонка тоже? Хорошо бы. Или нет? Все-таки Ирграм не был уверен, что клятва просто исчезнет. Может статься, что и его существование прекратиться.

Это было бы грустно.

Немного.

— Я присяду? — человек поднял руки и медленно, стараясь не делать резких движений, опустился на землю. — Так говорить удобнее… мне кажется, ты лучше их понимаешь, что происходит.

— Нет.

— Ты был магом. А стал… кем-то.

— Упырем?

— Это я так. Надо же тебя называть как-то.

— Можно по имени.

— Хорошо. Главное, что знания твои остались. А теперь появилось новое восприятие. Ты… ушел в туман и вернулся. Остался жив. И я чую, что взял себе силу.