«И что? — закричал барон, не выдержав напряжения, — предлагаете сидеть и ждать. А если ее сейчас мучают и убивают. Что нам еще можно сделать? Может обратиться к населению планеты напрямую? Не может быть так чтобы никто ничего не видел, не может. Может объявить награду за информацию?».

«Мой барон, у меня есть предложение, но оно требует вашего разрешения и, так сказать, не совсем законно» — начал Ирп.

— Давай, говори, не тяни!

— Дело в том, что месяц назад нами, по чистой случайности, был задержан псион, разыскиваемый за ряд преступлений. Мое предложение таково, предложить ему свободу за помощь в розыске вашей дочери.

«Это может сработать, Смолди?», — вопросительно посмотрел барон на главу службы безопасности?

— Можно попробовать, но я не уверен в том, что этот псион не сбежит, он хоть и не высокого ранга, но не зря же его разыскивают. Сейчас он содержится на одном из астероидов в специальной камере, и мои головастики хотели с ним провести пару экспериментов, но раз такое дело, то я поддерживаю мнение Ирпа.

«Ну и как зовут этого вашего псиона?», — спросил Угго и полуприкрыл глаза, работая с нейросетью.

«Глоссом, Сайрус Глоссом, мой барон», — ответил Ирп Жинго.

«Любопытно, — через минуту отозвался барон, — хорошо, привлекайте его, если найдет мою дочь, получит свободу и корабль, чтобы убраться из Гата-кси. Не теряйте время, чувствую, что его остается все меньше. И мне плевать на то, сбежит он или нет, сделайте так, чтобы не сбежал».

Территория академии космического десанта имени флаг-адмирала Сильдони.

«Ну что, бойцы, смогли все-таки вывернуться?» — спросил командир учебной роты десантник уже полгода как первого класса Харт Керн, прохаживаясь мимо нашего строя.

Мы стояли навытяжку в идеально одетой, подогнанной согласно всем уставам и наставлениям, форме. Идеально отбитые береты и гордо поднятые подбородки. Даже на плакатах в казарме десантники выглядели куда хуже, чем мы в данный момент. Еще бы, год обучения пройден и нам сегодня предстоит вторая увольнительная, ребята уже предвкушают как они ее проведут, я, честно говоря, тоже. Правда, присутствует легкое опасение по поводу любвеобильной однокурсницы Лесли, но я думаю это не станет таким уж непреодолимым препятствием для настоящего десантника. Все планы намечены, теперь надо только выдержать спич нашего наставника и долгожданный глоток свободы будет в нашем распоряжении.

«Молодцы, хвалю, надрали задницы этим сучкам Де Блербо. За это я даже готов буду терпеть завтра ваши пьяные и помятые рожи, ведь у вас на них все написано. К увольнительной приступить. Разойдись!», — рявкнул он в конце своего не очень длинного монолога, и нас словно ветром сдуло.

Тонкая наука дематериализации с глаз безмерно обожаемого начальства нами была усвоена прекрасно, если командование тебя отпустило, то надо сделать так, чтобы оно в последний момент чисто технически не могло изменить своего решения. Перед воротами нашей славной и горячо любимой академии имени флаг адмирала Сильдони, да кто же этот человек, черт меня дери, мы построились, и нас не менее придирчиво оглядел дежурный офицер. К нашему счастью, он тоже не нашел к чему можно было бы придраться, или настроение у него было хорошее, того мне неведомо, или звезды, ставшие для меня не такими уж и далекими, сошлись на небосводе, но мы уже через десять минут грузились в бронированный транспорт.

Предвкушая повторение прошлой поездки, я успел занять самое, с моей точки зрения, безопасное в грядущей болтанке место. Как только весь личный состав нашей роты утрамбовался в транспорт, водила, в рот ему ноги, стартанул так, как будто за нами гнался не менее безумный пилот десантного бота. Тут надо сказать, что за второе полугодие мышечная и костная масса бойцов моей роты довольно сильно увеличилась и места в транспорте стало гораздо меньше, и если в прошлый раз я поступил опрометчиво, не успев занять сидячее место и провел дорогу уткнувшись в подмышку Мамонта, то сегодня дело обстояло иначе. Я сидел и по какому-то немыслимому стечению обстоятельств провел всю дорогу уткнувшись носом в каменные полушария ягодиц Клэр Бути. Это было гораздо приятнее, и я бы даже сказал удобнее, чем без них, на секунду я представил, что это могли бы быть ягодицы того же Гнуса или Минга, а ведь могло бы быть и так, что они бы оказались ко мне лицом. Бррр. Чур меня, чур.

«Смотрите, наш Шустрый неплохо устроился, так он нос себе точно не сломает!», — раздался где-то слева и сверху насмешливый голос Шона, этот паразит всегда все увидит и всех рассмешит, благо, сейчас мы набиты в салоне как сельди в банке, и чисто технически зрителей у этого зрелища не могло быть очень много.

«Ха-ха, а я смотрю, меня шатать меньше стало», — поддержала его обладательница вышеозначенных ягодиц Клэр и слегка сжала перекачанную попку.

Мой нос сжало, как будто мне сделали сливу, и я попытался освободить его, но мне это не удалось. Наконец-то она надо мной сжалилась и отпустила захват. Не найдя как еще, можно было бы ей отомстить я впился в ее попку зубами и со всей дури укусил.

«А-а-а паразит, — завопила однокурсница — вот дотянусь до тебя своей клешней и оторву что-нибудь, не особо важное!».

«Эй-эй! — послышался голос Лесли, — ты если что, подруга, ухо ему отрывай, он мне и без уха понравится».

Под дружный хохот предвкушающих веселье курсантов мы наконец-то добрались до места проведения нашей увольнительной, и бронированный транспорт с юзом остановился практически там же, где и в прошлый раз. Дверь открылась и выпустила нас наружу, постепенно мы смогли разлепить куб из человеческих тел и конечностей. Правда, в последний момент мне достался щелбан в исполнении кибернетического протеза Клэр.