Мой переформированный отряд вывели из строя, и мы пошли в сторону выхода к подземельям. Какой же все-таки нескучный день! Все уже еле ноги переставляют, а теперь ещё и битва с монстрами. Если так будет каждый день, никто долго не протянет.

Пока шли, Эрле и Гудро пытались подкатить к блондинкам. Те шли с каменными лицами и делали вид, что братьев вообще не замечают. Я то же самое старался сделать по отношению старавшейся обратить на себя внимание Марико.

— Скажи мне пожалуйста, — не выдержал я и решил завести разговор на более важную сейчас тему, чем взаимоотношение полов. — Что ты умеешь такое особенное, что моего бойца заменили на тебя.

— Ну я много что умею, но хотела продемонстрировать это тебе наедине, не при людях же.

— По делу говори, у нас бой скоро, а я понятия не имею, на что рассчитывать.

— А, ты в этом плане, — ответила девушка, усиленно делая вид, что обиделась. — Мой конек дальние атаки. Но в ближнем бою тоже кое-что могу. Правда не так хорошо, как эти две дамочки, к которым липнут твои друзья.

— Они мечники?

— Не только. Я так поняла, что в ближнем бою на территории школы им дадут фору только наставники.

— Ладно, успокоила.

Тем временем мы дошли до входа в подземелье. Под сенью деревьев солнце перестало печь затылок, но духота не давала расслабиться, пот тек ручьями. Мастер остановился перед входом, пропуская нас вперёд.

— Сегодня голубая дверь, Акиро, седьмая слева. Вооружайтесь как следует, задание сложнее вчерашнего. В добрый путь.

Ага, замечательно, «в добрый путь». Сказал бы «чеши, чеши, смотри не сдохни». Второй день в школе магов и уже второе испытание на выживаемость.

Где-то в глубине души затаилась надежда, что нас не хотят убить, и в случае, если мы не справимся, бой остановят. Я загнал её ещё дальше в угол. Надеяться надо только на себя и боевых товарищей.

Кроме набора из прошлого боя, я нацепил кожаный доспех с металлическими пластинами на руках, ногах, груди и спине. Два колчана болтов вместо одного, пара наборов метательных ножей. Последние потом вернул обратно, давление тени намного эффективнее. А вот арбалет для дальней дистанции самое то.

Настоящее потрясение я и остальные парни испытали, когда наши девушки разделись до нижнего белья, состоящего из минимального количества ткани. У мужской части отряда отвисла челюсть. Дамочки начали натягивать на себя доспехи, которые ненамного лучше скрывали их прелести, чем небольшие лоскутки ткани, являвшиеся бельем. Были плюсом к бронебелью изящной ковки наручи, поножи и шлемы. Причем у блондинок они были с глухими черными масками, а у Марико что-то типа рогатой диадемы с креплением ремнями к металлической чашке на подбородке.

Сестрички вооружились длинными саблями, Марико повесила за спину два колчана с посеребренными стрелами, в руке длинный композитный лук. Два ятагана для ближнего боя в ножнах на поясе.

Я с недоверием смотрел на недоброню. Просто какой-то маскарад. В таких нарядах только мужиков в кабаке радовать, танцуя на сцене, а они воевать собрались. Марико увидела сомнение в моих глазах, подошла ближе и резко выпятила грудь, которая чуть не вывалилась из бронелифчика.

— Что такое? Тебе что-то не нравится?

— Визуально нравится, но как вы в этом драться будете? От чего сможет защитить такая броня?

— Ты просто не видел её в действии, — ухмыльнулась девушка. В боевом костюме она выглядела очень сексуально и прекрасно понимала это, продолжая дразнить меня томными движениями. — Эта броня защитит меня гораздо лучше, чем то, что надето на тебе. Она же не железом защищает, это генераторы защитного поля. Поэтому и одежду прочь, элементы брони должны контактировать с кожей для магической подпитки.

— Ясно, — сказал я, изо всех сил стараясь разглядывать сам доспех, а не его содержимое. — Продемонстрируете в бою.

Джерард, Валион и братья снарядились также, как вчера. Маг света лучился от счастья, снова взяв в руки жезл. Эрле и Гудро истекали слюной, взглядом снимая броню с девушек. Блондинки ехидно хихикали, ненавязчиво принимая эффектные позы. Они просто глумились над раскисшими от видов братьями. Марико смотрела только на меня, и это напрягало меня всё больше.

— Если все готовы, идем к нашей двери.