И вот теперь видимое только мне одному свечение охватило весь моторный отсек, а я всё напитывал жизнью, силой и объёмом этого странного духа, что с радостью кинулся в новую для себя игру. Но скоро мне пришлось скомандовать самому себе и ему остановиться, потому что нематериальной жизни там теперь стало в избытке до такой степени, что дух немедленно полез что-то там менять под себя, а двигатель выхватил несколько перебоев на всём ходу, заставив Оина встревожиться.

— Ну-ка, стой, — сказал я про себя этому беспокойному новому хозяину парового котла со всеми остальными агрегатами. — Главное забыли. Ограничения!

Самое интересно, что я совсем упустил эти свои намерения по установлению рамок для духов, вообще их не продумывал, отмахнулся от них, оставив на потом, и вот теперь чуть было не запаниковал, когда дело дошло до самого главного.

Но тут в мою бестолковую, а ещё над духами усмехался, башку, откуда-то извне пришло чёткое понимание того, что надо делать. Я ведь был теперь не сам по себе, я был частью этого мира, его магической стороны, и осознавал это. Стоило бы только попросить, запоздало понял я, и мне бы ответили, причём с радостью, потому что слишком много знаний ещё с древнейших времён без толку кувыркалось в душе этого мира. Всё, что считалось утраченным, всё было сохранено, и только от тебя самого зависело, можешь ли ты их получить и понять. А уж такую мелочь, как эти три закона, на меня вывалили просто походя, отмахнувшись от моих попыток благодарить, да и благодарить-то там было некого, по большому счёту. Просто бери и черпай на здоровье из этого океана, если сил и понимания хватит.

— Ага, — в некотором ошеломлении вслух сказал я, заставив встревоженно заткнуться обоих попутчиков. — Понятно. Три закона, значит. Спасибо большое!

Арчи с Оином переглянулись, но гном тут же отвлёкся на свой паровой котёл, потому что машина стала идти заметно резвее и мягче, чем раньше. Звонко свистнул предохранительный клапан, выпуская наружу порцию лишнего пара и этим как бы намекая водителю, что не надо так часто теперь закидывать в топку поленья, а уж вентилятор, нагонявший воздух туда же, попритих как бы сам собой.

Внедорожник понёсся вперёд километрах на сорока в час, при уменьшенном огне и поддуве, его КПД, как я понял, увеличился чуть ли не вдвое, это если перейти от магических терминов к техническим. Не на шутку встревоженный Оин затормозил, не понимая, что случилось, машина резко встала, и на меня уставились гном и эльф одновременно, требуя ответа.

Но я выставил перед собой руку ладонью вперёд, затыкая их, на вопросы отвечать потом буду, сейчас не время.

— Первое, — прокашлявшись, начал я вслух, чего уже стесняться, — точнее, Первый Закон. Ты не можешь причинить вред любому разумному существу, или своим бездействием допустить, чтобы ему был причинён вред. Понятно?

Одновременно со словами я усилием мысли вписывал эти условия рунами в самую суть огненного духа, что стал хозяином паровой машины. А вслух проговаривал для того, чтобы остальным, да и мне самому, было понятнее.

— Хорошо. — Посмотрев с на ошалевшего Оина и на очень-очень заинтересовавшегося процессом Арчи, продолжил я. — Второй Закон. Ты должен улавливать, понимать и выполнять команды разумных существ, если они не противоречат Первому Закону. Ясно?

Дух утвердительно мигал, когда я быстро вносил в него эти слова рунами, вопросов и противоречий у него и вправду не было. Всё складывалось одно к одному, удача была сегодня на моей стороне.

— И третье, — перешёл я к последнему требованию. — Третий закон. Ты должен делать всё необходимое для своей безопасности и работоспособности, при условии, что это не противоречит Первому и Второму Законам. Понятно? А если так, то поклянись своей сутью!

Что хорошо было в работе с духами, нарушить принятый ими на себя закон или слово они уже не могли, в отличие от людей. Тут даже не вставал вопрос шантажа последствиями, мол, нарушишь, и тебя развеет без следа, такого просто не могло быть.

Я закончил записывать и закрепил рунные надписи магией, дождавшись осознанного согласия духа. Он долгим радостным гудком подтвердил все эти условия, свою новую жизнь, и в машине воцарилась тишина.

— Сейчас, — завозился на месте Оин, выпрыгивая из машины, — сейчас! Посмотреть надо! Подождите!

Он рысью оббежал внедорожник, осторожно открыл дверцу отсека парового котла, что открывалась снаружи из соображений безопасности, и принялся что-то там внимательно изучать.

— Ты чего творишь, собака сутулая? — восхищённым шёпотом напустился на меня маг. — Предупредить не мог? И кто ж такие вещи на ходу делает, да ещё и сразу с паровым котлом! Это чтоб настоящий сюрприз нам был в случае неудачи, да?

— Арчи, тут это, — переведя дыхание и вытерев пот на лбу, начал объяснять я, — духа в котле это, приспособил…

— Да понял я уже, что ты сделал! — напустился на меня он уже во весь голос, не зная, куда ему больше хочется смотреть, на меня или на котёл этот самый. — Это ж высший пилотаж! Такого ведь не делал никто и никогда! Это ж всё только в мечтах! Надо же — эпохальное событие, я свидетель, и на пути из одной задницы мира в другую! В лесу! Мимоходом, мать моя женщина!

Тут он схватил меня за грудки и начал мелко, но не особо и в шутку, трясти, вымещая на мне свои эмоции и проговаривая: — Научи, научи, научи!