— Валера, Аня, вы меня слышите? — Оба синхронно кивнули.

— Давайте выпьем чайку и все обсудим. Я надеюсь, что вы друг друга не поубиваете, пока я приготовлю чай?

Черный чай — это самый любимый мой напиток. Нет ничего приятнее густого настоя чайных листьев, отдающих весь накопленный аромат лета горячей воде. Во вкусе чая есть что-то особенное; что-то, заставляющее мои мысли приобретать упорядоченное движение.

Хорошо, что у Валеры оставалась в баклажках вода. Чайник закипел. Аня вышла из комнаты первой: то ли она быстрее отошла, то ли еще по каким-то причинам.

— Я умоюсь? — спросила она.

— Из-под крана не получится — только если я вам полью.

— Воды нет, потому что было отключено питание, а резервный генератор включился только для бункера, — сказал появившийся в дверях Валера.

— Понятно. И почему же оно отключилось?

— Это сделала я.

— Зачем?

— Я хотела все это остановить.

— Остановить что?

— Остановить превращение людей в послушных рабов.

— Хорошо, предположим. Но тогда у меня возникает два вопроса. Первый: откуда вы обо всем этом узнали или как вы догадались? А второй: чем вам помешал Валера? Да, и еще один немаловажный вопрос: как вы его вырубили?

— Шокером.

— Вы, однако, отчаянная девушка. Ну а остальные мои вопросы так и останутся без ответа?

Валера и Аня посмотрели друг на друга.

— Давайте все-таки вначале включим питание, — предложил Валера.

— Хорошо, не возражаю.

Валера зашел в бойлерную и щелкнул каким-то тумблером. Собственно говоря, в помещении ничего не изменилось. Но когда Аня открыла кран, побежала вода.

— Ну и что же мы будем делать? — спросил я.

Аня с Валерой снова посмотрели друг на друга.

— Вам надо поговорить с шефом, — не сговариваясь, сказали они.

— Хорошо, и кто же ваш шеф?

— Сергей Иванович.

— В смысле?

— Сергей Иванович — руководитель нашего проекта.

Я думал, меня ничем нельзя удивить, но Сергей Иванович был последним человеком, на которого я мог бы подумать. Это же величина! Не просто ученый, а ученый с большой буквы. Я лишился дара речи, и, видимо, на моем лице читалось такое смятение, что Валера хитро улыбнулся и, заговорщически подмигнув, спросил:

— Судя по всему, чай и конфеты не помешают?

Наверное, необходимо пояснить, почему я не стал расспрашивать Аню и Валеру. Мне нужно было как-то переключиться и отвлечься, чтобы обдумать и обработать всю полученную информацию, которой за такой короткий промежуток времени оказалось слишком много. А где это сделать, как не в любимой кофейне с меренговым рулетом? Именно моменты, когда все клетки мозга получают удовольствие через вкусовые рецепторы, а затем догоняются глюкозой через кровь, позволяли мне на какие-то незначительные минуты отключиться от реальности и слушать тишину.

Я никак не мог решить — позвонить мне Сергею Ивановичу на сотовый или дождаться понедельника и поговорить с ним лично. Но тут в дело вмешалась судьба. Выходя из кофейни, расположившейся недалеко от нашего НИИ, я заметил на стоянке ретроавтомобиль шефа. Машина имела незатейливые очертания, но при этом солидный вид, связанный, скорее всего, с внушительными габаритами. Простецкий передок с незамысловатыми блоками фар и аккуратным бампером, трехобъемный силуэт с «плоскими» боковинами и огромным «отростком» багажника, бесхитростная корма с фонарями, частично заходящими на багажную крышку, — этот автомобиль полностью соответствовал внешности Сергея Ивановича: не красавец, но моментально узнаваем.

Я думал, что с комендантом будут проблемы, но он мне кивнул — типа «проходи».

— А как же директивы?

— А директивы мы не нарушаем.

— Ну а как же посещение работы в нерабочее время?

— Так Сергей Иванович еще вчера принес бумагу, по которой вы сегодня можете хоть заработаться.

— Что ж, очень предусмотрительно с его стороны, — сказал я скорее себе, нежели коменданту, но, как всегда бывает в таких случаях, он все услышал.

— С руководителем вам чрезвычайно повезло.

— Не то слово, — сказал я и прошел через турникет, приложив электронный пропуск.

Я постучался. «Войдите», — раздалось из-за двери.

Когда я зашел в кабинет, Сергей Иванович стоял ко мне спиной и снимал книги с полки.

— Наконец-то! Я тебя совсем заждался. Поможешь?

— Чем?

— Вещи собрать. Завтра уезжаем из города.

— Надолго?

— Навсегда.

— В смысле — навсегда?

— Работа выполнена, да и дождь этот совсем здоровье Таечки подорвал, она ведь у меня гипертоник. Ты присаживайся: разговор у нас будет долгим и не самым простым.