— Я приезжала к тебе, — я вдруг вспомнила кое-что очень важное. То, что ранило меня больше всего.

— Когда?

— Через день после этого. Я была в такси, когда ты вышел из дома с какой-то девушкой.

Рома нахмурился, а потом улыбнулся, легко целуя меня в губы.

— Ревнивая дурочка. Это моя подруга, живет по соседству, как раз приехала в город и решила проведать меня. Я же люблю только тебя, неужели так сложно это запомнить?

— Нет, но…

— Никаких но, — он провел пальцем по моим губам, заставляя замолчать. — Я очень рад, что мы со всем разобрались, но прямо сейчас я хочу раздеть тебя, поставить на колени и заставить кричать от удовольствия так, чтобы слышали даже соседи. А потом я сделаю тебе предложение.

— Побойся бога, Соловьев, в доме дети, — улыбаюсь я, чувствуя, как от одного его взгляда трусики становятся мокрыми.

— Кстати, о детях. Я в шоке. Это, конечно… ну, я не планировал детей, да и ты тоже вряд ли, и мне безумно страшно, но я уверен, что лет через пять мы будем смеяться над всеми этими страхами и неуверенностью.

— Это ты сейчас меня или себя пытаешься успокоить? — Я прижала руку с своему животу, счастливо улыбаясь. — Уверена, из тебя выйдет самый лучший отец. Да и в том, что ты будешь молодым папой, есть свои плюсы. Будешь под прикрытием ходить с дочкой в ночные клубы и отгонять плохих парней.

— Или если будет сын, то завалимся в какой-то стрип-клуб и закажем приват.

— Да щас! — возмутилась я, представляя себе эту картину.

— Иди ко мне, я больше не намерен ждать. Все разговоры оставляем на потом. — Я почувствовала его губы на своих, обвила шею руками и закрыла глаза, наслаждаясь этим мгновеньем.

Все волнения и тревоги отходят на второй план, уступая место нежности и любви. Рома медленно стягивает с меня свитер и опускает вниз лифчик.

— Ох, жду не дождусь того момента, когда твоя грудь увеличится из-за беременности, — стонет он, терзая ртом мой сосок.

— Подожди-ка, тебе что, не нравится моя грудь? Слишком маленькая?

— Она идеальная, детка, но я не прочь, если она будет на размерчик больше.

— О, иди в баню, Соловьев! — Я отстраняюсь от него и разъярённой фурией вскакиваю с кровати.

— Ника, вернись, у меня джинсы трещат по швам. Я почти два месяца был без секса.

— Холодный душ тебе в помощь, а я пойду поужинаю. Из-за тебя кусок в горло не лез. — Я тяну на себя ручку двери и слышу позади печальный вздох. — Хотя, знаешь, я передумала. Хочу тебя. Прямо сейчас.

— Чертовы гормоны. Я сойду с ума до конца твоей беременности, — простонал Рома, стягивая с себя одежду, опасаясь, что я вновь передумаю. — Как сделаем это? — усаживая меня сверху, спрашивает он.

— М-м-м, мне нравилось твоё предложение, — эротично провожу губами по языку и не могу оторвать взгляд от Ромы. — Я люблю тебя, — не выдерживаю я и впиваюсь в его губы поцелуем.

— И я тебя. Больше никогда не исчезай из моей жизни. Мое сердце навсегда принадлежит тебе, Вероника Ромашкина.

Эпилог

POV Вероника

— Ну, ты выходишь? — Рома буравит меня взглядом, сжимая пальцами руль. Сегодня он выглядит великолепно. И не потому, что наконец-то отмыл руки от моторного масла.

— Нет, я передумала. Я толстая.

— Не говори глупостей, малыш. Ты беременная, а не толстая.

Ну да, ему легко говорить. Это не он набрал восемнадцать килограммов и не влезает ни в одно платье.

— У меня щеки обвисли, ноги отекли. Нет, я точно никуда не пойду в таком виде.

— Тогда я пойду один и закрою тебя в машине. Чтобы с тобой и нашим ребенком точно ничего не произошло.

И в подтверждение того, что он не шутит, быстро выпрыгнул из салона. Ненавижу его!

— Я передумала, — открываю дверцу в ожидании, когда Соловьев поможет мне выбраться из машины. Иногда мне казалось, что легкая, как пушинка, девочка, которая грациозно порхала по залу с лентой в руках, мне всего лишь приснилась. Сейчас я чувствовала себя бегемотом, но каждый раз, когда наша маленькая девочка толкалась внутри меня, все это становилось таким неважным.

Под руку мы заходим в небольшой итальянский ресторанчик, и я оглядываюсь по сторонам в поисках дамской комнаты. Мне нужно убедиться, что я выгляжу идеально, насколько это вообще возможно в моем положении, прежде чем встретиться с нашими одноклассниками.

Встреча вышла спонтанной: Смирнов прилетел из Лондона, Калинина из Италии, Илья через две недели переезжает в Канаду, — поэтому кто-то решил, что нам срочно нужно собраться, потому что неизвестно когда такая возможность выпадет в следующий раз. Меня, кстати, никто не приглашал. Не уверена, что обо мне вообще вспоминали. Зато Соловьев был в первых рядах, а я не позволила ему пойти одному туда, где водятся стройные длинноногие красотки. Беременность и гормоны сделали из меня настоящую ревнивицу.