— Что? — вопросительно выгнул бровь, развалившись на диванчике.

— Черт, братан, даже не знаю, стоит ли говорить тебе. С одной стороны, я обескуражен и мне хочется набить тебе морду за то, что скрывал от нас, кто ты на самом деле, а с другой — купить еще несколько бутылок виски, потому что ты явно всю ночь будешь заливать горе.

— Да что там за хрень? — Я выдернул телефон из его рук и закатил глаза, увидев страницу «Хранителя Секретов». Сплетники хреновы. И эти туда же.

А потом мои глаза быстро пробежались по строчкам букв — и мир вокруг сжался до небольшого вакуума вокруг меня. Я не замечал ничего вокруг себя. Есть только я и набор слов на экране телефона, который складывался в длинные предложения, что резали меня без ножа.

«Кто он, Ночной Волк? Не знаете? А вот мне удалось разгадать его тайну. И не только разгадать, а даже влюбить в себя и узнать, каков он в постели. Признаться, я была чертовски удивлена, когда оказалось, что за шлемом прячется мой одногруппник Роман Соловьев. Удивлены? Я тоже. Так что, если хотите прокатиться на его байке и не только, взгляните на расписание третьего курса и берите его штурмом, потому что с этого вечера он свободен. А я отправляюсь покорять Европу.

Вот вам несколько фото, чтобы вы не думали, что я вру.

Чао!

Вероника Ромашкина».

Я нажал на имя Ники, и открылась ее страница в соцсети. Это означало лишь одно: именно она разместила этот пост.

Быть этого не может!

Пролистал несколько фото, те самые, которые мы сделали с ней на мосту. Там было фото, которое я разместил в профиле Волка: я возле байка в шлеме. И то, где я был без него, и селфи с Вероникой. Теперь ни у кого точно не возникнет сомнений насчёт того, что на фото не Ночной Волк. Мля, все эти фотографии были только у нас с Никой и никак не могли попасть в чужие руки.

Я прикрыл глаза в надежде, что это все лишь дурной сон. Не могла она этого сделать. Не могла подарить свою девственность мне, признаться в любви, улыбаться и таять в моих объятиях, а потом пойти и написать этот гребаный пост. Я не вижу в этом логики. Нет никакого смысла.

Мерзкий голосок в голове нашептывал, что именно сегодня, когда в «хранителе» появилось это, Ника внезапно заболела и отговорила меня от встречи.

Мне нужно увидеть ее прямо сейчас, посмотреть в глаза и спросить, что это все значит. Какого хера она творит? Зачем разрушила то, к чему мы так долго шли?.

Парни со всех сторон заваливают меня вопросами, восхищаются мной и обвиняют в том, что я до сих пор и словом не обмолвился о своём маленьком секрете. А мне сейчас похрен на них. Как и на то, что теперь весь универ знает, что я и есть таинственный гонщик по кличке Ночной Волк. Я тону в пучине неконтролируемой злости и повторяю про себя, что это все неправда, что это не Ника. Ее взломали или сделали фейковую страницу, вот и все объяснение.

— Мне пора. — Бросаю чертов телефон на стол и пытаюсь встать, когда друг хватает меня за руку и возвращает на место.

— Баба — это не самое главное в жизни, посмотри вокруг и выбери на любой вкус! Вон блондиночка какая, я весь вечер наблюдаю за ней. Кстати, твою чём-то напоминает.

Я хмыкнул, отвел взгляд в ту сторону, куда показывал Саня, и застыл. Превратился в ледяную статую.

На шесте плавно изгибалась Вероника. Моя Вероника. Та самая, которой я шептал идиотскую розовую хрень о любви, и та самая, которая, похоже, решила отомстить мне за школьные годы, пожертвовав даже своей девственностью.

Я встал и медленно, словно зачарованный, двинулся в ее сторону. Не мог оторвать от нее глаз и молился, чтобы мне не снесло башку окончательно и я не придушил ее прямо здесь.

Она не видела меня. Даже когда я стоял всего в нескольких шагах от нее, удостоверившись, что это именно Ромашкина, а не какая-то очень похожая на нее девка, она танцевала, выгибаясь и двигая телом в такт музыке, и не смотрела ни на кого в зале.

Высокомерная. Циничная. Лживая стерва, которая одним махом вырвала мое сердце из груди.

Я сделал еще два шага в ее сторону, и она наконец-то обратила свой взгляд на мужчин, пожирающих ее тело и трахающих ее в своих фантазиях. Доля секунды, и в ее глазах отражается целый букет эмоций.

Узнавание. Удивление. Неверие. Паника. Страх.

Правильно, бойся, потому что с этого момента я больше никогда не приду к тебе на помощь. С этого момента каждый из нас сам по себе. Она сбилась с ритма, остановилась, кажется, пыталась что-то сказать, но музыка заглушила все звуки вокруг. Я не стал дожидаться ее убогих объяснений, всунул руки в карманы куртки и быстрым шагом направился на выход. К счастью, прямо напротив клуба таксовал какой-то мужик, и я без раздумий запрыгнул в тачку, называя свой адрес.