Всю жизнь не получилось. Увы и ах. Но кулинарные навыки я отточила до совершенства.

Я не могу найти себе места. Гадаю, что ему нужно. Такое внезапное появление не сулит ничего хорошего.

Не в моем случае.

Думала, нашёл меня чтобы подписать бумаги на развод, но Тимур ясно дал понять, что это не главная причина его появления. Так что ещё может быть между нами общего?

Я с трудом дожидаюсь, когда последние посетители покидают зал и на двери появляется неоновая вывеска «Закрыто».

Меняю рабочую форму на сарафан в цветочек. Обуваю босоножки на каблуке. Подхожу к зеркалу и жалею, что не сделала сегодня нормальную укладку. Не каждый же день лицом к лицу с бывшим мужем встречаюсь.

С помощью пальцев пытаюсь привести волосы в порядок, достаю из сумочки косметичку и застываю с тушью в руках перед зеркалом. Нет, к черту, пусть не думает, что для него старалась. Так пойду. Нет мне до него никакого дела, и о том что думает обо мне – плевать. Пусть видит меня такой какая я есть: уставшая, с кругами под глазами и без грамма косметики.

Я толкаю дверь и прохожу в зал. Одинокая фигура все так же сидит у столика в углу. Кофе выпил, а вот к чизкейку не притронулся. Отчего-то сердце кольнула обида. Мне кажется, он сделал это специально.

Цокот моих каблуков кажется оглушительно громким в тишине кофейни. Тимур отрывает взгляд от окна и поворачивает голову в мою сторону. Щурится. На лице появляется циничная усмешка. В глазах снисхождение.

– О чем ты хотел поговорить? У меня мало времени, – останавливаюсь рядом и смотрю на него сверху вниз. Стараюсь, чтобы мой голос звучал как можно равнодушней.

Под его пристальным взглядом становится неуютно. По коже ползут мурашки. У меня ощущение, что мысленно он раздевает меня, прикидывая что находится под тонкой тканью и настолько ли я изменилась там за эти годы.

– Пойдем, разговор не для лишних ушей, – кивком указывает на девочек, которые приводят в порядок столики после закрытия.

– Никуда я с тобой не пойду, – хмурюсь и выразительно смотрю на него. Скрещиваю руки на груди, давая понять, что решение свое не изменю. – Уже поздно, у тебя пять минут. Говори.

– Тогда позволь подвезти тебя до дома. В машине и пообщаемся.

Он отодвигает от себя чашку и поднимается. Он выше меня на голову, поэтому теперь мы меняемся местами. Он смотрит на меня свысока. Я же превращаюсь в маленькую мышку. Даже каблуки не спасают.

Я украдкой бросаю взгляд на тарелку с чизкейком. Тимур замечает это.

– Не ем сладкое, – гадко усмехается он и я понимаю, что он это специально. Хотел уколоть меня. Показать, что изменился за эти годы и я о нем ничего не знаю. Что заменил свои привычки на другие. Вырвал из себя все, что имело ко мне отношение. Кроме штампа в паспорте.

– Я не собираюсь никуда ехать с тобой, Тимур, – его имя из моих уст звучит непривычно и в то же время так по родному. Кроме него в моем окружении нет ни одного мужчины, кого звали бы так же. Поэтому да, я давно не произносила это имя вслух. Возможно шептала во сне в первый год после расставания, но это не точно.

– Если ты боишься, что я узнаю твой адрес, должен разочаровать тебя: он у меня и так есть. Поехали, я не намерен умолять тебя, – выделяя каждое слово, произносит он.

Тимур хватает меня за локоть и бесцеремонно ведет в сторону выхода. От такой наглости я не нахожусь что ответить. А еще прикосновение его пальцев к обнаженной коже обжигает похлеще раскаленного масла, выбивая из моей головы все остроумные фразочки, которые я непременно кинула ему вслед.

Глава 3

Я упираюсь взглядом в черного зверя, припаркованного рядом с кафе. Мощный, блестящий, с титановыми дисками.

Мне и гадать не нужно чей это внедорожник. Ему подходит такая машина. Словно редкий арабский скакун посреди золотистой пустыни.

На мгновенье я даже забываю, что собиралась возмутится поведением Тимура. Залюбовалась красавцем, прикидывая сколько лошадиных сил можно было бы выжать из него на трассе.

Я люблю скорость. Чувство свободы. Адреналин в крови. Когда-то у меня была похожая машина. Но эта гораздо лучше. И дороже.

Я не упираюсь и не пытаюсь сбежать, несмотря на опасение бывшего мужа. Он не сводит с меня глаз, ведёт под конвоем. В любую секунду готов бросится вслед и вернуть обратно в случае побега. Но я послушно иду за ним, потому что любопытство – мой главный порок.

Зачем Тимур спустя столько лет нашел меня? Что ему нужно? И конечно же, хочется узнать хоть что-нибудь о его жизни, раз уж мы встретились.

Аврамов отключает сигнализацию и открывает передо мной дверцу. Я наблюдаю за тем, как он обходит внедорожник и садится на водительское сидение. Он стал шире в плечах, на руках тугие мышцы, видно, что тренировкам посвящает много времени. В этом году ему исполнилось тридцать один, а мне – двадцать восемь. Но для мужчин действует то же правило возраста, что и для хорошего вина: чем дольше выдержка, тем вкуснее и дороже оно становится.