Возможно, я не могу раскритиковать их внешность, но все еще в состоянии ударить по больным местам.

– Вау. – Моя улыбка так же фальшива, как и волосы Сабрины, когда вспоминаю последнюю разыгравшуюся в Хиллкресте драму. – Я думала, что после того, как ты застал Сабрину с Фениксом на стоянке во время вечера танцев, ты покончил с ней навсегда. – Я закидываю сумку на плечо. – Но посмотрите на этих двоих… Снова вместе. Кажется, настоящая любовь действительно существует.

Толпа замолкает, но по гневу, озаряющему лицо Дрейвена, и взглядам, которые Сабрина бросает в меня, подобно кинжалам, становится ясно, что моя работа здесь закончена.

Едва я отворачиваюсь, как счастливая парочка начинает орать друг на друга.

По правде говоря, не могу винить Сабрину за то, что она связалась с Фениксом Уокером.

Он столь же великолепен, сколь и загадочен.

Он не зависает с популярными ребятами, но и в Стране Неудачников его точно нет. Феникс мало разговаривает, но, когда это случается, невозможно его не слушать, поскольку есть в его глубоком, хриплом голосе – в нем самом – нечто завораживающее.

Стоит ему войти в комнату, и он высасывает из нее весь кислород, требуя вашего внимания. Бог, должно быть, тот еще шутник, подслушивающий мои мысли, потому что по моей коже пробегают мурашки, и я чувствую жар.

Не смотри.

Но я ничего не могу с собой поделать. Я мазохистка.

Во рту у меня пересыхает, земля уходит из-под ног, когда я поворачиваюсь и попадаю в плен пронзительных голубых глаз.

Держу пари, даже в темноте он бы видел меня насквозь.

Облаченный в черное с головы до ног, Феникс стоит, прислонившись к своей побитой «Тойоте Камри», с таким видом, будто ему ни до чего нет дела. Его темно-русые волосы достаточно длинные и при движении падают на глаза, что придает еще больше загадочности. Сигарета зажата меж полных губ… подтверждая, что ему наплевать на школьные правила и возможность угодить в неприятности.

Мы никогда не разговаривали, но я наблюдала за ним на протяжении многих лет.

Я знаю, что он живет в трейлерном парке Бэйвью Эстейтс.

Знаю, что в школе есть только один человек, кого он считает своим другом, – Риз Сторм.

Я видела, как Феникс оценивает приближающихся людей… Безмолвно определяя, стоят ли они его времени.

Бессердечная маска, которую он надевает на публике.

Страдание во взгляде, когда никто не смотрит.

Мы никогда не говорили друг другу ни слова…

Но иногда мне кажется, что никто не знает его лучше меня.

– Леннон, мне нужно поговорить с тобой после занятий.

Двадцать пар любопытных глаз обращаются в мою сторону. У меня сводит живот, потому что это совсем не те слова, которые хочется слышать от учителя. Особенно за месяц до выпускного.

Я лихорадочно соображаю, пока миссис Герман возвращается к доске и продолжает занятие, сравнивая литературу эпохи Возрождения и Средневековья. Я отличница с первого класса. Черт, я бы стала лучшей выпускницей, не набери Дэвид Пол сотню на последнем тесте по математике, опередив меня на два балла. Подонок.

Не знаю, что именно происходит, но меня это напрягает. Настолько, что мне едва удается удерживать концентрацию до конца урока.

Дождавшись, пока все покинут комнату, я подхожу к столу учителя.

– Все в порядке?

Она поджимает губы, внимательно изучая меня, прежде чем улыбнуться.

– Просто хотела лично сказать, как горжусь тем, что тебя приняли в Дартмут. Ты всегда была трудолюбивой, и я так рада, что ты вылезаешь из своей скорлупы и открываешься миру.

Я никогда не умела принимать комплименты, и сейчас не исключение.

– Ох… Эм-м, спасибо.

Честно говоря, несмотря на то, что я подала документы в несколько колледжей Лиги плюща, учиться я планировала в местном.

Меня не устраивает, что отец останется дома один, в то время как я буду находиться в нескольких часах езды от него. Однако он заверяет меня, что все будет хорошо, и, как бы он ни скучал, его больше огорчит, если я упущу возможность всей жизни лишь потому, что боюсь вылететь из гнезда.

Отец настаивал, что пришло время расправить крылья и ни о чем не волноваться, ведь при необходимости он всегда будет рядом.

Как бы ни тревожила меня мысль об отъезде, в глубине души я знаю, что он прав. За пределами Хиллкреста целый мир, и мне не терпится приступить к его исследованию.

Я чувствую себя обязанной что-нибудь ответить, прежде чем упорхнуть прочь, поэтому произношу:

– Вы прекрасный учитель.

В ответ она хмурится.

– Я уже не так в этом уверена.

Что ж, неловко вышло.

Выстраивая ручки на столе в прямую линию, она вздыхает.

– Есть один ученик, доставляющий мне большие трудности. Верю, что он замотивирован на учебу, но, сколько бы раз ни пыталась оказать ему дополнительную помощь, у меня не получается до него достучаться. Я предложила ему нанять репетитора перед предстоящими выпускными экзаменами, но он не может себе этого позволить. – Она вновь хмурится. – На данный момент крайне маловероятно, что он окончит школу.