– Валера, будь добр, пока моюсь, чайку поставь.

Все-таки мы сильно испорчены нашей, хоть не самой высокой цивилизацией миллениума. Разница всего тридцать лет с тутошним мирком, а сколько всего нам не хватает! Нормальной зубной пасты, одноразовых станков, удобной телефонной связи. А заместо туалетной бумаги в ход идут старые канцелярские документы. Макнув зубную щетку в банку с мятным зубным порошком, я слегка поморщился. «Хоть бы «Помарин» какой завезли». Ладно, хоть лезвия японские, какой-то импорт в этом мире все-таки присутствовал.

– Благодарствую, - я кивнул Валере, окунув ложку из нержавейки в налитый до самого верху стакан, - Чего это вытут с утра философствуете?

– Да это, - Толян пьяно икнул, - кинули нас в полночь на аварию, а там делов то було …, - он махнул рукой в сторону бутылки, - Вот начальство премию и выписало.

– Понятно, - я с удовольствием выпил первый за день стакан чая. Как ни странно, но здесь он довольно-таки неплохой. Говорят, где-то на местных югах вывели свой, северный сорт. Да и где в этом мире Индия находится - хрен его знает. На рынке еще продаются местные, среднерусские травяные настои, но я люблю настоящий, черный чай, вообще не мыслю без него утро.

Глянул в сторону Валеры и не удержался от вопроса:

– А что за теория такая, с бэкапами? Это в нашей ЛВИПе что ли чего нового придумали?

– Да ну их!
– Мордашин кисло скривился. В своем мире он был уважаемым Айтишником, то есть специалистом по всему компьютерному, достаточно много зарабатывал, а здесь, в Среднерусье стал обычным электриком, пусть и высшего разряда. Другой работы по его профилю в наших краях просто не существовало.

– Дармоеды, – зло процедил Толян, сам он вообще работал простым водилой на дежурке Энергоконторы и при его слабохарактерности дальше этого места ему ничего не светит.

– Не, Петрович, ЛВИПовцы на такие дали не замахиваются, – Валера потянулся к колбасе, и пока я наливал второй стакан чая быстренько соорудил мне бутерброд.
– Угощайся.

– Да лишнее, мне бы в Вершинино их завтрак проглотить. Знаешь, как там кормят?

– Ну, как хочешь, - здоровяк впился крепкими зубами в серый хлеб с ливерной колбасой, и толком не прожевав, добавил, - А бэкапы миров - это уже наша затея.

Я сразу понял о ком идет речь. Была в нашем городке тусовка из бывших гениев компьютерного мира, которые пытались реанимировать местную технику и создать нечто более продвинутое. Городское и районное начальство смотрело на всю их возню сквозь пальцы, но особо и не поддерживало. Как говорится, чем бы дитя ни тешилось ...

Почти всех, кто давно попал в этот странный мир Среднерусья, вполне устраивал здешний неспешный образ жизни. По нашим меркам местный временной слой относился к семидесятым годам двадцатого года. То есть эпохе самого развитого «застоя», долгого и спокойного правления Ильича, времени неслыханного взлета русской цивилизации. Как бы это время не ругали, но за беспокойную историю века это был самый тихий и сытный период.

В Калугино имелось вполне работающее центральное отопление, водопровод, канализация, электричество, радио и даже несколько телевизионных передач в день. Пища была в большей части своей кондовая, но сугубо натуральная. Жить, в общем, можно! Особенно если неплохо зарабатывать. Как и при любом социализме в Среднерусье вполне себе процветал "черный рынок", частники и кооператоры. Народ-то от переноса в чужие социальные эпохи совершенно не меняется. Кому-то нравится ходить строем, а кто-то завсегда лепится наособицу.

Так, в смурном от недосыпа виде я и вывалился на улицу. Там было стыло и холодно, пришлось натянуть перчатки и плотнее надвинуть на голову шапку-кубанку. Хорошо хоть уже совсем светло, весна все-таки, и можно смело выйти из тамбура на улицу. Ночные твари при свете бегать не любят. Я поправил свой личный карабин и окликнул Никанорыча, который с деловитым видом сбивал с козырька подъезда сосульки.

– Скоро все потечет?

– Ага! Опять тонуть в дерьме будем.

Что-то наш завхоз сегодня не духе, беседа заглохла, так толком и не начавшись. Я только помотал головой, как из-за угла появилась вытянутая морда нашего конторского «пепелаца». Сие чудо техники сильно смахивало на автобус КАвЗ из моего слоя. Подкатившись к подъезду, водитель услужливо приоткрыл длинным рычагом переднюю дверь, гостеприимно приглашая пройти в салон.

– Здорова, народ!

Очередной рабочий день в Калугино, городке областного значения начался.

– Да что ты будешь делать! – я со злостью стукнул ключом по прикипевшему вусмерть болту. Похоже, к нему не прикасались с самого момента постройки этого молокопровода.

– Может, Петрович, того, уксусу принести?

Я тяжело вздохнул. А кому понравится внеплановый ремонт трубопровода, в котором «вдруг» упало давление? И вдобавок ко всему, это чертово поворотное колено никак не хотелось сниматься со стены. Так всегда бывает - девяносто процентов работы встает из-за нескольких мелких заковык. Закон подлости!

– Да не надо, Матвеич, - еще раз вздохнув, двинулся к своей рабочей сумке, доставая оттуда патентованное немецкое средство от ржавчины. Это в наше время всяческие «ведэшки» и куча разной химии совсем не редкость, а в этом временном слое та еще проблема. Вот ведь как мучились наши предки!

Наконец, гайка поддалась. Поменяв длинный ключ на более удобный торцовый, я выкрутил все винты и снял колено молокопровода со стены.

– Так и есть, Матвеич, засорилось. Сколько ж можно твоим балбесам втолковывать, чтобы сиськи тщательней мыли!