Шрифт:
Поскорее бы вернулся Бо!
Но почему же он не позвонил?! Можно было только надеяться, что с ним ничего не случилось.
Пару минут назад она пыталась дозвониться на его сотовый, но вместо Бо каждый раз голос оператора вежливо повторял, что абонент находится вне зоны досягаемости. Чертыхнувшись, Джордан решила, что Бо, вероятно, сейчас где-то в таком месте, куда не проходит сигнал.
«Будем надеяться, что он все-таки позвонит», – подумала Джордан.
В конце концов, есть же на дороге телефонные будки! Не утерпев, Джордан решилась позвонить еще раз.
– Что ты делаешь? – осведомился Спенсер, заметив, что она снова взялась за телефон.
– Хочу проверить, может, на этот раз удастся поймать Бо.
– А если ты его поймаешь, можно будет мне тоже с ним поговорить?
– Конечно.
Джордан нахмурилась. Палец ее застыл в воздухе, так и не коснувшись цифр.
В трубке, которую она судорожно прижимала к уху, стояла мертвая тишина. Гудков не было.
Джордан беззвучно выругалась. Она бы с удовольствием отвела душу, однако рядом был Спенсер. Напряженно выпрямившись, он впился взглядом в ее лицо, стараясь угадать, что происходит.
– Что случилось? – не утерпел он наконец.
Джордан попыталась беспечно улыбнуться, но улыбка вышла кривой.
– Ничего, – пробормотала она дрожащими губами. – Абсолютно ничего. Все нормально.
Но это было не так.
Глава 11
– Хочешь поиграть во что-нибудь еще? – с надеждой в голосе спросила Джордан у Спенсера.
– Не-а, – протянул тот. Швырнув колоду карт на стол, мальчик с тоской уставился в окно, прислушиваясь к шуму дождя. На лице его была написана скука.
– Ты уверен? Потому что если…
– Не хочу я ни во что играть! – огрызнулся он. В глазах Спенсера блеснул злой огонек. – Мне эти карты надоели до чертиков! Мы в них чуть ли не с самого утра играем!
Вообще говоря, доля истины в этом была.
И все же Джордан за это время не раз и не два успела возблагодарить судьбу за то, что в одном из кухонных шкафчиков обнаружилась забытая кем-то колода карт. Без нее она бы голову сломала, не зная, что делать и чем занять четырехлетнего малыша, когда тот явно мается от безделья и скуки. Тем более что набор миниатюрных автомобильчиков, купленный ему Бо, уже надоел Спенсеру.
В этот момент ветер снаружи, взревев как-то особенно злобно, с силой потряс бунгало, словно намереваясь утащить его в океан.
Испуганно ахнув, Спенсер вздрогнул и едва удержался, чтобы не залезть под стол. Потом с тревогой покосился на окно, День быстро угасал, и хотя до захода солнца было еще далеко, за окном уже сгущалась темнота.
– Все в порядке, это просто шторм, – поспешно сказала Джордан, стараясь, чтобы голос не выдал того страха, от которого у нее дрожало все внутри.
– Я знаю. – В голосе Спенсера явственно чувствовалось раздражение.
– Может, сделать тебе еще один сандвич? – спросила Джордан. Поломав голову над тем, чем бы его покормить, она сделала два сандвича с арахисовым маслом и желе. Потом, вдруг вспомнив уроки Бо, поколдовала над ними и даже сама засмеялась от удовольствия – один из сандвичей превратился в какое-то причудливое чудовище наподобие морского конька, а другой – в акулу с острым спинным плавником.
– Не-а.
– Ты уверен? Хочешь, в этот раз я попробую сделать тебе сандвич в виде осьминога. Или…
– Нет, – огрызнулся Спенсер, явно давая ей понять, что не желает продолжать этот разговор.
Чтобы хоть чем-то занять себя, Джордан принялась собирать карты со стола, стараясь класть их так, чтобы карты ложились точнехонько одна на другую.
Карты! Сколько же времени она не играла? Наверное, с тех самых пор, как была еще совсем крохой.
И вот сейчас они со Спенсером переиграли, кажется, во все игры, в которые они когда-то в детстве играли с Фиби.
Джордан удалось припомнить даже несколько таких игр, о которых она и думать забыла. Названия их она не помнила, правила тоже почти стерлись в ее памяти, так что кое-что ей даже пришлось придумывать заново.
Играя со Спенсером, она изо всех сил старалась не вспоминать о том, что когда-то они вот так же играли с его матерью. Ей с трудом удавалось сдерживать то и дело наворачивавшиеся на глаза слезы. Не будь рядом малыша, она бы с радостью дала волю слезам. Но сейчас приходилось в первую очередь думать о Спенсере.
Но не вспоминать о Фиби было слишком трудно – в особенности теперь, когда напротив Джордан с картами в руках сидел этот малыш, который не только был как две капли воды похож на свою погибшую мать, но и в карты играл в точности как когда-то Фиби. Так же, как и его мать, мальчишка до конца игры сохранял на лице уморительно-серьезную мину. Ни на минуту не отрывая взгляда от карт, он хмурил брови, а прежде чем сделать очередной ход, принимался покусывать нижнюю губу – так же, как это когда-то делала она.