Невада подошла к нему и встала рядом, глядя на экзотические цветы, деревья, розовые постройки и огромные скалы, причудливо сверкающие в лучах знойного солнца.

Между ними теснились маленькие деревушки, причем цвет домов настолько сливался с красками ландшафта, что они были едва различимы.

— Аммельнская долина! — сказал Тайрон. — Созерцание этого пейзажа наполняет мою душу восторгом.

— Она очень красива, — согласилась Невада.

— Я почувствовал благоговение, впервые попав сюда, — мягко сказал Тайрон. Неваде еще не приходилось слышать такого голоса, обычно колючего и насмешливого.

— Кажется, что видишь все это во сне, — сказала она. Он ничего не ответил, и, помолчав немного, Невада спросила:

— Вы пишете о ней в вашей книге?

— Да.

— Можно мне помочь вам?

— Писать книгу? — удивился он.

— Конечно, нет, но, может быть, я могла бы переписывать то, что вы уже написали. Я всегда слышала, что авторы делают несколько копий, прежде чем рукопись бывает опубликована.

— Неплохая идея, — сказал Тайрон Штром, — только я боюсь, что вам это наскучит.

— Мне будет гораздо скучнее, если я останусь без дела, хотя сейчас я чувствую, что могла бы сутками сидеть у окна и любоваться этой удивительной долиной.

— Хотя зрелище и может служить духовной пищей, — улыбнулся Тайрон, — я подозреваю, что вы, мисс Невада, проголодались, как и я. Позвольте мне показать вам вашу комнату. Я распорядился, чтобы вам нашли во что переодеться. Я надеюсь, что что-нибудь их этих нарядов вам подойдет, но завтра вы сможете купить себе все по вашему вкусу.

Невада удивилась, но ничего не сказала. Он проводил ее в находившуюся на том же этаже роскошную спальню с окном, также выходившим на долину.

Как и во всех марокканских домах, в окне не было стекла, но были большие деревянные ставни, которые закрывались в холодную погоду.

Комната была такая большая и удобная, что Невада сказала:

— Я уверена, что это на самом деле ваша комната, мистер Штром. Я бы не хотела, чтобы нежеланная гостья лишила вас ее.

Тайрон улыбнулся, но ей показалось, что ее предупредительность удивила хозяина дома.

— Уверяю вас, — сказал он, — что это комната для гостей. Моя спальня находится рядом, и пока вы здесь, в моем доме, я обещаю, что вас не ограбят и не похитят. Может быть, вы этого и не заметите, но вас здесь будут очень тщательно охранять.

Невада взглянула на него с тревогой.

— Вы думаете, что люди шейха могут все еще разыскивать меня?

— Вполне вероятно, что сам шейх не откажется от погони. Но у жителей Тафрута свои законы; это не племя, но отдельная народность, и у них есть свои границы в виде гор.

— Вы сказали, что это не племя, тогда кто же они? Тайрон с охотой пояснил:

— Марокканцы сами задаются этим вопросом на протяжении многих столетий. Жители Тафрута самый древний народ в этой стране, сохранивший себя в своем первозданном виде.

Заметив интерес в глазах Невады, он продолжал:

— Это берберы, которые бежали сюда столетия назад от арабских завоевателей. Они могут быть очень агрессивны по отношению к внешнему миру и очень дорожат своей долиной. Они много и усердно трудятся И предпочитают держаться особняком.

Тайрон подошел к окну и продолжал, глядя на долину:

— Когда местный житель уезжает отсюда, чтобы заработать и разбогатеть в какой-нибудь другой части Марокко, он неизменно возвращается сюда, чтобы жениться. Он строит один из этих похожих на крепости розовых домиков с плоской крышей, обычно обзаводится большой семьей и живет себе счастливо в этом маленьком раю.

В его голосе прозвучали нотки зависти, которые не остались незамеченными Невадой.

Внимательно глядя на него, она спросила.:

— Это именно то, что привлекает в жизни вас?

— Может быть, когда-нибудь, когда я стану слишком стар для новых приключений, — ответил он небрежно. Тайрон направился к двери.

— В вашем распоряжении будет горничная, мисс Невада, но боюсь, что вам придется объясняться с ней знаками.

Горничная оказалась хорошенькой молоденькой девушкой. Робкая и застенчивая, но очень услужливая, она принесла теплую воду и, как и обещал Тайрон, несколько кафтанов Неваде на выбор.

Большинство из них были ей малы, но один, нежного бледно-зеленого цвета, вышитый золотом, подошел ей. Ей были приготовлены новые туфли, и она надела золотые украшения, которые дал ей в дорогу Тайрон, считая, что было бы глупо отказаться от удовольствия покрасоваться в них.

У нее в комнате было большое зеркало. Когда Невада взглянула на свое отражение с распущенными по плечам волосами, она подумала, что в самом дорогом магазине Парижа ей трудно было бы найти что-нибудь, что бы шло ей больше.