Я, тем временем, поправила на ноге традиционную белую свадебную подвязку с бантиками и стразами. Не успела, поправив платье, поднять голову, как рот и нос закрыла вонючая тряпка. Я отчаянно затрепыхалась, задыхаясь, но в глазах уже темнело и сознание быстро ускользало.

Я резко провалилась в небытие.

Очнулась в большой светлой комнате, на огромной кровати. За окном было видно только небо с редкими облаками. Значит, сейчас ещё день. Голова немного болела и кружилась. Попыталась приподняться и сесть и, вдруг, обнаружила, что мои руки и ноги надёжно привязаны к массивным деревянным набалдашникам по углам кровати, оставляя совсем мало простора для движения.

Меня охватила паника. Всепоглощающая, не рассуждающая… Чувство беспомощности парализовало волю и мысли. Я отчаянно задёргалась в путах, пытаясь вырваться и, когда не получилась бессильно разрыдалась, откинувшись на мягкие подушки.

Сашка вошёл в комнату с ехидной улыбкой.

Едва увидев его, я сразу бросила взгляд в окно и первые слова, которые сорвались с моего языка, стёрли эту улыбку с его лица, оставив на нём только недоумевающее выражение.

– Который час?

– Три.

– Скорее! Роспись в шестнадцать тридцать. Дай мне телефон, нужно срочно предупредить Захара, что я приеду в ЗАГС сама. Развязывай, давай, скорее, - я лихорадочно соображала насколько испорчен мой наряд невесты, причёска и чего не хватает.

– Нет.

Я оторвалась от осмотра платья и чулок.

– В смысле?

– Малышка, ты не пойдёшь замуж. Сегодня - точно.

Я некоторое время тупо смотрела на эту спокойную наглую рожу. Сумбурные мысли в голове старательно пытались выстроиться в логическую цепочку. Боятся мне было нечего. Уж точно, не Сашу. Едва я его увидела, весь страх мгновенно растаял как дым. Зато раздражение и возмущение, даже гнев, нарастали с каждой убегающей минутой.

– Развяжи меня, - почти прокричала, потому, что отчаянно хотелось вцепиться ему в волосы или, хотя бы, стукнуть кулаком, куда достану.

– Нет. Полежи пока так. Мне нравится, - он присел сбоку и медленно провёл рукой по моей ноге в белом чулке от щиколотки до колена.

– Саша… Пожалуйста. Что за выходки! Меня ждёт жених, гости… У меня свадьба! – я отчаянно искала подходящие слова и не находила. Никогда не могла даже представить себе такую ситуацию в моей собственной жизни, а не в кино.

– Я знаю.

– Что ты знаешь?

– Знаю, что сегодня у тебя должна была быть свадьба, и знаю, что её не будет.

– Меня, наверняка, уже с полицией все ищут. Тебя посадят за похищение человека!

– С чего ты взяла, что ищут? Твоих девочек выманили на улицу и ненадолго отвлекли, пока я тебя усыпил хлороформом и вынес, завернув в ковёр. Кстати, когда я выходил с ковром на плече и выбивалкой в руках, одетый в старые спортивки и линялую футболку, как раз кортеж твоего женишка подъехал. Адреналин зашкаливал. Реальное похищение невесты – это, я тебе скажу, драйв, не хуже гонок!

– Ты ненормальный! Когда меня не нашли, сразу стали искать!

– Не думаю. Помнишь ту записочку, что ты написала мне и прислала вместе с самодельным тортиком, когда мы поссорились?

Я сразу вспомнила. Ещё бы! Два слова пол дня сочиняла. Написала тогда просто «Прости меня». Наша пустяшная мелкая ссора, в которой я одна была полностью виновата. Подумаешь, немножко перепутала дни и не пришла на место встречи, а он прождал пару часов зря, и примчался, испуганный, думая, что что-то плохое случилось. А мы с Валентиной Ивановной на кухне спокойно чай пьём... Сметанник, в качестве извинения, и короткая записка тогда полностью погасили Сашкину обиду…

– Я поставил в центре комнаты стул. Повесил красиво на нём твою фату, а сверху положил эту записку, прижав её свадебной подвязкой. Надеюсь, Захар узнает твой почерк и поймёт, что ты просишь прощения за то, что сбежала перед самой свадьбой.

Смотрю на него, пытаюсь понять и не могу. Наконец, не выдерживаю.

– Зачем, Саша?

Глава 16

Мой вопрос повис в воздухе. Саша лишь некоторое время пристально разглядывал моё лицо. Мне даже, вдруг, показалось, что он и сам не знает ответа на него.

Потом он молча ласково потрепал меня по щеке и вышел.

Я опять осталась лежать, привязанная к кровати. Страха по-прежнему не было, а вот злость нарастала в арифметической прогрессии.

Когда похититель через пару часов вернулся я уже так кипела от ярости, что у меня, казалось, как у чайника, из ушей пар шел.

– Ну, малышка! Ты, как я вижу, снова не готова к нормальному общению, - как ни в чём ни бывало, сказал он, едва взглянув на моё перекошенное от гнева лицо.

И поворачивает обратно к двери!