Предположим, сегодня Купцову удастся улизнуть от топтунов, а завтра? А послезавтра?… Нет, нет, нужно смотреть правде в глаза, не прячась и не засовывая глупую голову под несуществующее крыло. Его песенка спета.

Скоро — Дмитров. Подполковник сбросил скорость, внимательно оглядел окрестности. Сейчас должен появиться спрятанный в кустах поворот направо. Дорога узкая, пыльная, как все проселочные и полевые. Потом слева появится заросший прудишко, который даже рыболовы-любители обходят вниманием. Справа — лесок. В центре его — поляна…

О поляне Надя не сказала ни слова, только вскользь намекнула. Дескать, помнишь, перекусывали? Но Купцов все же — сыщик, и — неплохой сыщик, за многолетнюю службу в уголовном розыске набрался и умения и опыта. Научился читать между строк, слышать — между слов. На указанном Надеждой километре поляна — единственно пригодное для тайных сборищ место. Купцов не удивился бы, услышав, что до революции именно здесь проводились митинги и маевки дмитровских рабочих.

Возле поворота — знакомый «мерседес». Впереди него, загораживая дорогу, стоит патрульная машина милиции. Двое в бронежилетах с автоматами проверяют документы.

Красуля!

Не размышляя, Купцов бросил вперед свою «волгу» и резко затормозил рядом с патрулькой… * * *

Надежда Савельевна приказала не торопиться, не привлекать внимания. Ехать со средней скоростью, «прогулочным» шагом, не устраивать гонки.

— У нас с Мишенькой сегодня свадебное путешествие, — об"явила она. — Со вчерашнего дня он — мой властелин и повелитель, я — покорная раба и хранительница семейного очага. Как только выпустим дерьмо из пуза Жетона, возвратимся домой — устрою торжественное застолье. С обязательными криками «горько!» и пожеланиями родить четверых мальчиков и столько же девочек.

Федоров отрешенно смотрел в окно. Петенька положил обе руки на баранку и молча следил за дорогой. А вот Хвост, выслушав признания хозяйки, принялся подобострастно и необыкновенно многословно поздравлять ее. Естественно, по фене.

— Такой центровой телке, как ты, завсегда везет. И в хаванине, и в лепенях, и в… этой самой… любви. Доброго жиган-лимона прихватила, хозяйка. Это тебе не мышинный туз из уголовки, которого я, как хочешь, на дух не выношу. И не вонючий Жетон с его дряблыми мощами…

Обычно хмурый и немногословный Хвост разливался соловьем, но ему явно не удавались соловьиные трели, смахивающие на хриплое карканье ворона. Сотова внимательно слушала шестерку, добродушно кивала. Одновременно, не выпускала из поля зрения «мужа». Ее узкая рука, снова поглаживающая мужское колено, казалось, прожигала Михаила, оставляла на коже под одеждой красные пятна.

— С ментом придется распрощаться, — четко выговаривая кажждое слово, жестко промолвила она. Будто читала приговор. — Жаль, конечно, Сереженьку, много пользы принес для дела, но сейчас стал опасным. Примутся ковыряться в его нутре и натолкнутся там на наш бизнес…

— А чего жалеть? — заскрипел Хвост, который терпеть не мог милицию. Во всех ее разновидностях. — Отработал свое, ментовская рожа, ползи на кладбище… Вот помню годика два тому назад…

— Хватит словоблудничать! — резко прервала хозяйка. — Следи лучше за дорогой и не отвлекай Петеньку… А мы с Мишенькой пока побеседуем о наших… семейных проблемах.

Хвост послушно отвернулся от «молодоженов».

— О каких проблемах? — недоумевающе спросил Федоров. — Разве мы не обо всем договорились?

— Кое-что осталось.

Горячая женская рука покинула насиженное место, грудь, ранее прижатая к плечу любовника, отодвинулась.

— Насколько мне известно, дружок, прежде чем начать ремонт того же офиса фирма отправляет оценщиков… Так?

— Так, — подтвердил компаньон, недоумевая по поводу неожиданного виража в налаженном, казалось, разговоре. — Оценщик прикидывает об"емы работ, составляет калькуляцию. Ее согласовывает с заказчиком, потом…

— «Потом» меня уже не интересует. Оценщиков подыскали?

— Пока только одного. Сама должна понимать — опытные специалисты требуют соответствующей зарплаты, а мы с Фимкой… как бы это выразиться помягче… еще не миллиардеры.

— Все впереди, — задумчиво пообещала бизнесменша. — Договоримся так: одним из оценщиков будет мой человек. Кто именно — узнаешь позже… И еще, как раньше вам обещала, сама отыщу хороших заказчиков. Так что не трудитесь со своей дурацкой рекламой. Ремонтировать станете по моей наводке…

В голове у Федорова кто-то невидимый дернул за веревку и непроницаемый занавес, скрывающий непонятное поведение бизнесменши, раздвинулся. Сотова наведет послушных фирмачей на ремонт того же коммерческого банка. Приставленный «оценщик» осмотрит подступы к хранилищам и сейфам. «Рабочие» в заранее назначенное время беспрепятственно проникнут в здание. Охрану «уберут» ножами, увидя знакомые лица, они ничего не заподозрят, подпустят близко к себе. Потом — детали: подгонят вместительную машину, перегрузят из хранилищ драгоценности…