Спросил Вовка об этом Чернышева.

Аркадий Иванович полапал себя за нос:

– Я разговаривал с директором нашим. Он сказал, что осенью 1933 года несколько матчей на главной арене прошли при свете подвесных электрических ламп, но уровень освещения оказался недостаточным. Потому сняли. В 1940 году по углам стадиона были установлены высокие вышки с прожекторами, при свете которых московское «Динамо» приняло динамовцев из Риги. Наши тогда выиграли (4:2), но тогда электроосвещение было сочтено экономически нецелесообразным. А сейчас? Не знаю. Нет, не пойдут на это. Ладно. Поговорю завтра. Ты ведь в курсе, что все ответные матчи второго круга будут проводиться здесь на малом стадионе. Чем черт не шутит, вдруг расщедрятся. Синявского возьму в соратники. Стой. Может, тебя Аполлонов послушает? Поговоришь?

– Конечно, поговорю, Аркадий Иваныч.

– Все, беги, переодевайся. Тебя и Вовку твоего выпустим во втором периоде. Как раз «Крылышки» подустанут. А ты пока посмотри свежим глазом на их и наши ошибки. Блин, кто бы еще вчера сказал, что у детей совета буду спрашивать. Убиться легче! Сгинь с глаз моих!

Матч начался для динамовцев ушатом холодной воды. Перед матчем в раздевалке стояло шапкозакидательское настроение. «Крылья Советов» – команда как раз того самого завода «Динамо», в столовой которого они обедали, в прошлом году отказалась участвовать в первенстве СССР по канадскому хоккею, и опыта у игроков было с гулькин… клюв. Не самое последнее место занимала команда из десяти участников, но и не лидер точно. Только вернулись из Ленинграда, проиграв местному «Динамо» 5:1. А ленинградцы совсем в хвосте пусть и не обретались, но тоже на днях проиграли явному аутсайдеру рижскому «Динамо». Как-то хитро в головах экстраполировав эти два матча, все игроки «Динамо», и тренер тоже, решили, что порвут «Крылышек» они сегодня, как Тузик грелку.

Бам. И на второй минуте Паша Забелин вынимает шайбу из ворот.

«Гол в ворота „Динамо“ забил Алексей Гурышев», – прозвучал, как показалось Вовке, радостный голос Синявского.

Так и было. Этот здоровяк стоял перед пятачком и ждал шайбы, а когда получил, то практически впихнул ее в ворота динамовцев. Он Забелина тяжелее в два раза и на целую голову выше. Машина. Ничуть не меньше Боброва. У динамовцев и нет в команде таких. Даже защитники, что должны быть высокими и здоровенными, просто коротышки рядом с этим Гурышевым.

Федор Челенков его помнил. Из той жизни. Бобров скоро сдуется, и ему на смену придет именно Гурышев, и с ним «Крылья» даже чемпионом станут. Лет через шесть. Но тех времен Федор не застал, ясно дело. Он другого Гурышева помнит. Закончив карьеру хоккеиста, Алексей станет ведущим хоккейным арбитром СССР. И еще ведь двумя вещами знаменит. Во-первых, скоро снимется в фильме, вот название в памяти не удержалось, где будет играть самого себя. Ну, это ладно, фильм не станет культовым, как «Карнавальная ночь». Режиссер не тот. Второй – тоже случай, связанный с кино. Именно Гурышев стал прототипом героя хоккеиста из оскароносного «Москва слезам не верит». Только там будет Гурин, кажется. Эх, его бы в «Динамо» залучить. Будет неубиваемая команда. Бобров скоро окажется в ВВС у товарища Сталина, и тогда можно с ЦДКА соперничать на равных. Но насколько помнил Челенков, Гурышев и от уговоров ЦДКА отказался, и от посулов Василия Сталина, в отличие от его вчерашнего партнера Револьда Леонова, тот даст себя «Ваське» уговорить и мог погибнуть вместе со всей командой под Свердловском, летя на матч с тем самым челябинским «Дзержинцем», который раскатали три дня назад в Куйбышеве, не без помощи Вовки, местные динамовцы на глазах у Аполлонова.

Получив ушат за шиворот и шайбу в ворота, динамовцы не одумались и вместо командной игры устроили дворовый навал, и, забыв обо всем на свете, стали демонстрировать персональное мастерство, вместо слаженной командной игры. Длилось это долго. Минут пять по чистому времени, а так все пятнадцать. Обе команды стали грубить, один раз даже до драки дошло команда на команду, еле судьи и выскочившие на лед тренеры растащили.

Чего ждать? Вовка хлопнул Чернышева по плечу, тот увлеченно орал на ребят, еще больше усложняя и ухудшая обстановку.

– Аркадий Иванович! Делайте замену, выпускайте меня с Третьяковым и тех ребят, с которыми мы играли! – кричать прямо в ухо пришлось.

– Да иди ты! Без сопливых! – и дальше орать.

Чуда не произошло. За грубость удалил-таки судья защитника динамовцев Бориса Бочарникова, и через полминуты «Крылышки» реализовали большинство. 2:0.

– Арка…

– Вижу. Выходите. Ребята! Замена. – Не сдулся, но поскучнел играющий тренер.

– Мужики, играем первую звезду.

– Там…

– Мужики. Остановитесь. Выдохните. Не надо подвигов. Просто играем, как на тренировке. – Фомин осмотрел «свою» пятерку. Нет, не остыли, в бой рвутся. Еще раз повторил: – Ну, остыньте. Точно, как на тренировке играем. Сергей Соловьев. Сразу за ворота.

– Понятно.

Ну, раз, два, три. Начали.

Зачем проводится вбрасывание, вышедший оппонентом Вовке Гурышев не знал. Нужно ударить по шайбе. Если попадет к своим, хорошо. Вовка обратным хватом и молодой реакцией легко отобрал шайбу и у себя между ног отправил Револьду. Еле успел доехать, получил пас. Не обрабатывая, добавил и вдоль борта отправил Соловьеву. И вперед, пока защитники смешались в кучу. Бросок. Что и требовалось доказать. Шайбу тоже от волнения чуть высоковато поднял, ударилась в крестовину, но под нужным углом. Бамс, и за спиной воротчика. 1:2.

Точно под копирку еще раз. 2:2.

«Крылья» поменяли вратаря. Неожиданно. Стоп. Там ведь на трибуне генерал Аполлонов. Нужно тоже выдохнуть. Вовка даже не потянулся к шайбе на вбрасывании. Играющий без замены весь период Гурышев попал, куда надо, и понесся вперед в надежде на шайбу, Револьд только успел уйти с дороги этого бульдозера. Гут. Защитник точно отправляет шайбу вставшему перед воротами «крыльчатнику», и тот с чудовищного замаха бьет по воротам. Стадион взрывается криком, но вскоре умолкает. Никто не видел, куда делась шайба. В воротах, понятно. Где еще?