Я покосился на Патриарха. Просто Колька стоял за спиной, а на жопе у меня пока ещё глаз нет. На него никак не посмотришь. Хотя, такими темпами, может, скоро к рогам и это добавится.

Седой спину держал прямо, паники не показывал. Однако, было четкое ощущение, теперь у него имеется желание придушить не только меня, но и графиню.

– Вы молчаливы, Княжич… – Аракчеева буквально поедала меня взглядом. Ловила каждый жест.

– Да я просто… – Хотел сказать, в ахере, но вовремя исправился, – Я изумлен столь неожиданным поворотом. Что конкретно Вы от меня хотите, Наталья Алексеевна?

– Сущую мелочь, Никита Саввович. Иллюзию. Сами знаете, сила либо есть, либо её нет. Понимаю, Вы устали после своих экспериментов. Кстати, цените, уважаю традиции каждой семьи и не спрашиваю, что именно вы делали. Просто покажите мне иллюзию.

Я постарался не матерится. А хотелось сильно. Какую, к черту, иллюзию? Могу фокус с пальцем показать. С большим пальцем, который появляется и пропадает, когда второй рукой его прячешь. Меня дед в детстве научил. Известный был иллюзионист. За свои иллюзии половину жизни провел на лесоповале. Вон он точно мог сделать так, что предметы исчезали. Особенно дорогие. Особенно из чужих квартир. В свое время даже боялся, что в училище из-за него не возьмут. А я лично, например, к иллюзиям не имею никаких способностей.

Остаётся рассчитывать только на Рогатых. В конце концов, они эту кашу заварили, пусть выкручиваются. Может, придумают что-то.

– Прямо сейчас покажите… – Добавила графиня, с корнем вырывая надежду, будто у нас есть время для того, чтоб придумать способ, которым получится ее надурить.

Вот тут проняло нас всех. Кроме Аракчеевой, естественно. Та просто продолжала пялиться в мою сторону с выражением ожидания на своем красивом лице.

Твою ж мать… И что делать? В голову, как назло, упорно лез пацан со шрамом на лбу. Тот самый, из популярного фильма. Много лет назад смотрел его из-за Ленки. Она убивалась по киноэпопее и требовала участия в ее интересах. Ну, зашла блажь у бабы. Типа, не хочу вникать в то, что для нее дорого. Не знаю, почему, но в голове настойчиво крутился образ героя этого фильма. Может, потому что магия. Ему-то нормально было, хоть палочку дали. А тут сидит тетка с рогами и требует волшебства. Чем? У меня только одна палочка, и пока я даже не уверен, что она волшебная. Ну, все… Сейчас нам будем всем тут… Кабзда.

Круто было бы выкрикнуть ту фразу из фильма. Чтоб сначала яркий свет, а потом поскакал…

Моя мысль не дошла до своего логического конца. Причина была уважительная. Гостиная, где мы находились, имела выход на террасу. Огромная терраса с высокими французскими окнами и открытым входом. Вот ровно в тот момент, когда я вспомнил сцену, где пацан гонял по лесу светящееся животное, произошло следующее.

Тюль, которую колыхал ветер, медленно разошлась в стороны и в гостиную вошёл… олень. Млять… Настоящий олень. Он не спеша приблизился к Аракчеевой, цокая копытами по паркетному полу. Замер напротив графини, изучая ее грустными глазами. А потом тряхнул головой и спокойно пошел к стене. Причем, топал вперёд, не останавливаясь. Я думал, сейчас врежется башкой в преграду. Тупой Олень, какой-то. Но животное оказавшись возле стены, просто вошло в нее, как нож в масло. Отвечаю. Просто вошло в стену и исчезло.

– Что это было? – Прозвучал тихий вопрос со стороны главы тайной канцелярии. Она выглядела настолько офигевшей, будто олень, прежде чем исчезнуть, нагадил прямо на дорогой паркет.

– Иллюзия… – Патриарх и сам был, мягко говоря, немного удивлен. Немного, потому что, в отличие от Аракчеевой, просто умел лучше держать себя в руках.

– Княжич, как Вы это сделали? – Графиня повернулась ко мне.

– Кто?! Я?! – Тут же на плечо легла тяжёлая рука Николая и сжала его так, что прострелило до самого копчика. Похоже, он намекает, будто олень и правда мой.

– Вы, Никита Саввович. Конечно, Вы. Никто ведь не умеет создавать иллюзии из воздуха. Причем, настолько реальные. Обычно мы лишь накладываем нужный образ на предметы. Помните, да? – Бормотал Николай за моей спиной, продолжая сжимать плечо. – Что ж Вы себя не жалеете. Разве можно столько сил впустую…

– Господа... – Графиня поднялась на ноги, – Княжич прошел проверку. Иллюзия имеет отчётливые следы его Силы. Приношу свои извинения. Мое ведомство выяснит, кто пытался опорочить род Морозовых. Я вам это обещаю. Ждём Никиту Саввовича в Имперской Академии сегодня. В силу того, что ваш род все же не дворянский, и это будет первый его представитель в заведении, которое славится своими традициями, Княжичу придется пройти ряд испытаний. Сами понимаете... Разрешите откланяться.

Дамочка кивнула головой, словно настоящий гусар, а потом вышла из гостиной, цокая каблуками классических туфель, как тот самый олень. Жаль, не в стену. Я бы не против, чтоб она припечаталась своей высокомерной рожей.

И Николай, и Патриарх молчали, не двигаясь с места, пока звук шагов Аракчеевой не исчез окончательно. Только после этого Седой перевел взгляд на меня.

– Ты как это сделал, убогий?

– Кто?! Я?!

Повторяю одно и тоже. Как долбаный попугай. Но другой реакции пока нет. Ладно, Аракчеева эта их поверила. Она ни черта не знает. Но эти двое в курсе, от меня не то, чтоб оленя, драного хомячка не дождешься.

– Вы чего? Совсем? Как бы я это сделал?

– Вот и мне непонятно… Как? – Патриарх поднялся резко с кресла, а затем подошёл совсем близко. Опустился на корточки, при этом уставившись мне в глаза.

Что за дебильная у них манера? Нарушать личное пространство. И все время заглядывать прямо в лицо? Я попытался отодвинуться, но дальше спинки кресла никуда не денешься.