– Вот санкция прокурора на обыск вашего загородного дома, где предположительно вы удерживаете недееспособную Гранину Варвару Алексеевну. Так что собирайтесь. Поедете с нами. И с нами поедут ее законные представители: мать –Занская Галина Павловна и ..?

Лысый мешок прокашлялся, очевидно, смутившись от того, что и сам не уверен в своем статусе. Его бегающие тараканьи глазки выдавали в нем натуру лживую и порочную. И неудивительно, что подобралась такая компания – балаган он и есть балаган – с такими убыточными персонажами.

Стоп! Меня словно кипятком ошпарили. Какая к черту мать, если Варя сирота? И тут же второй, более болезненный вопрос. Недееспособная? Черт бы меня побрал! Олег ведь предупреждал! Так некогда было ж! А потом и вовсе начал слюни пускать на нее…Правду говорят, когда Бог решает наказать, он лишает человека разума. Почему не велел Олегу до конца все выяснить?!

Недееспособная… Болезненная мысль долбила голову, как настойчивый дятел. Но Варвара ни разу не дала повода так о ней подумать. Разве что какая-то не от мира сего искренность и естественность реакций? И еще. Она настойчиво давила на то, что сирота. И она явно сбежала от этой заботливой парочки. Значит, в наших обоюдных интересах, чтоб ее не нашли.

Надо сейчас как-то Олегу намекнуть, чтоб спрятал Варвару, пока мы на полицейском тарантасе будем ехать. А потом уже разбираться. Если ей и в правду требуется лечение…Вот тогда и будем смотреть.

– Мне нужно отдать кое-какие распоряжения, и я к вашим услугам, - сдерживая сарказм, максимально вежливо заявил я. Перевел взгляд на Олега и успел поймать на его лице тень удовлетворения. Если бы я его не вытащил из того болота, в котором он застрял, и не держал возле себя столько лет, мог бы подумать, что ему это все нравится. Но скорей всего, это его обычная слегка презрительная маска для полиции и оценки их деятельности.

И считая себя гением конспирации, обращаюсь к нему.

– Олег Викторович! Пока тут что-то непонятное, позаботьтесь о Герце и тренере, заберите к себе. И на сегодня вы свободны.

Даньшин понимающе усмехнулся, сложил указательный и большой палец колечком, показывая «окей!», и вышел из кабинета. На своем крузаке он гораздо раньше приедет, чем мы.

Надеюсь, хватит ума забрать и все пожитки Варюшки, чтоб не возникло и тени подозрения на ее присутствие.

Если кто-то желал, чтоб поползли слухи о моих проблемах, то сейчас была ситуация идеальна для этого. Еще бы.. Гендиректора под конвоем выводят из кабинета!

И теперь самое интересное… А кто желал? Напрашивается вопрос. Вернее, их куча. И ответы, которые лежали на поверхности, мне совсем не нравились.

О том, что я нанял Варю, знали три человека, не считая семейства Димки. Они точно не при чем. Из трех Мария Васильевна выпадает сразу. По определению. Ланка. Она Варюшку невзлюбила с первого взгляда. И Олег. Олег мог уже раздобыть информацию и он на пару дней уезжал к тетке в Саратов. Странно это. Никогда добрым словом родственников не поминал…Вполне мог в Питер смотаться, и дальше дело техники.

Но! Ни Ланка, ни Олег добыть санкцию прокурора добыть не смогут, не говоря уже об этих убыточных родственничках.

Значит, некто продал информацию кому-то. И этим "кем-то" явно был Сумской. Компроматом я помахал у него перед носом, пообещав пустить в ход, если вдруг что-то случится с моими близкими. А здесь придраться не к чему – родственники нашли заблудшую овечку и сами добились справедливости.

Получается, если Олег – то он сейчас едет где-то за нами, чтоб потом огорченно развести руками – прости, шеф, вы-то с мигалками, а я все пробки собрал. Не успел.

Чтоб не выдать своего состояния, я сжал челюсти так, что зубы скрипнули. Все это выглядело просто тупо снятым детективом, но больше никаких мыслей не приходило. Бредовей была только версия, что Варя сама позвонила родственникам, чтобы срубить бабла на семью. Они забирают заявление, а я выплачиваю кругленькую сумму. Вернее, с точки зрения холодной логики, она была самой разумной. Но весь организм, каждой клеточкой, вопил, что это не так. И кому верить?

В душе была сейчас такая помойка, что я боялся сорваться и тряхонуть за грудки родственничков. Осталось совсем чуть-чуть, и клубок начнет разматываться, уговаривал я себя. Еще немного.

Чем ближе подъезжали к дому, тем сильней колотилось сердце.

– Лесная, 22. Ваш дом? – опять включив капитана Очевидность, деловито спрашивает этот капитан.

– Наш, - цежу сквозь зубы и чувствую, что сейчас сердце в горле придется ловить.

– Выходите, - получаем милостивое разрешение, а я понимаю, что до дрожи хочу закурить. Сейчас бы маленькую передышку, прежде чем все разрешится.

– Сержант, найдите понятых!

Ой, дурак! Надо было ему хоть одного из охранников на въезде взять! Соседи – банкиры и бизнесмены бегом побежат в понятые. Ага! Да их и дома никого нет. Жены на порог не пустят, разве кто сжалится и отпустит прислугу… А я к тому времени какой-нибудь инфаркт получу от нетерпения.