Рассказ не занял много времени, и с каждой минутой истории Сирень становилась всё более унылой, бледной и какой-то разбитой. Словно из неё поочерёдно вытаскивали стержни, которые до этого поддерживали её в чувствах. И если я рассказывал историю нейтральным голосом, то вот Сирень поджала под конец дрожащие губы и отвернулась к окну.

— И куда нам? Покинем город? — хрипло спросила она, не глядя на меня.

— Вернёмся за деньгами, — ответил я.

— За деньгами? — её голос был удивлённым, но смотреть мне в глаза она не спешила. — Ты дурак?

— Я хочу свои сраные деньги обратно, — куда громче и злее произнёс я, от чего Сирень испуганно обернулась, сверкая в свете уличного фонарями заплаканными глазами. — Стрела действует один. Никто за ним не стоит. А его подручные — самые обычные бандюки, ничем не лучше нас самих. Поэтому у нас есть шансы расквитаться.

— Ты такой же ненормальный, как и Малу… — тихо произнесла она свои мысли вслух.

— Может быть, но деньги свои я собираюсь с него затребовать. А тебе они не нужны?

— Нужны, но… — она вздохнула, словно собираясь с силами. — Ладно, тогда куда нам?

— Сначала припаркуемся и переночуем. Ты будешь за рулём, а я буду сидеть сзади. Сколько твоей сестре лет?

— Четыре.

— Четыре?

— У тебя какие-то проблемы?! — тут же накинулась она.

— У нас проблемы, а не у меня, так что успокойся. Молодая девушка с ребёнком будет вызывать меньше опасений, чем мы втроём. А именно тебя с ребёнком они и увидят сначала издали. А меня на заднем будет видно хуже, так что будет легче проскакивать патрульных. Если же остановят, то мы лишь обычные брат и сестра от разных отцов.

— Нас спалят.

— Всем насрать на детей и подростков. Они наверняка ищут каких-то головорезов. Так что не возмущайся и поехали. У тебя есть оружие с собой?

— Только автоматы.

— Ну вот и отлично. Поехали.

Автоматы я запихал в сумку с остальным барахлом, что вынес из квартиры. Свой пистолет спрятал под сидение Сирени. Если меня вытащат полицейские и решат обыскать, то ничего не найдут. Если же это будут друзья Стрелы, то тянуться будет недалеко. Но сомневаюсь, что кто-то схватится за молодых парня и девушку, не считая наших преследователей.

Ещё у меня были деньги, та пачка купюр, которую я стащил. Нам стоило переодеться, особенно Сирени с её кровавым пятном на ноге, которое было сложно не заметить. Заодно я хотел снять квартиру. Да и взрывчатку не зря же взял с собой, верно?

Если я пойду с ними в открытую конфронтацию, то это будет однозначно без шансов. Даже банальное численное преимущество сыграет свою роль — какими бы они обычными людьми не были, но стрелять гады умеют. А один против десятка автоматов — это просто наихудший из вариантов. Я не военный и не киллер, который хорошо воюет. Поэтому мне ни в коем случае нельзя выходить против них в честный бой.

Лучше подойти к вопросу иначе, когда прямого контакта с ними можно будет избежать. Ударить так, чтоб у них не было возможности ответить. Как-нибудь неожиданно и радикально, чего никто в здравом уме даже не осмелится предположить от подростка. Нечто экстраординарное…

В моей голове разрастался очень коварный и жестокий план, который точно понравится моему новому другу Стреле и его людям. Всё настолько плохо, что хуже просто быть не может.

Так думают другие.

Но я докажу, что это не так. Всё станет куда хуже, и я очень позабочусь об этом.

Это лишь игра. Жестокая игра, в который выиграет самый хитрожопый, умеющий планировать и готовый идти на всё ради собственной цели. Здесь только стоит недооценить противника, как ты сразу же пожалеешь. Это игра как в детстве, где работают те же тактические принципы, как и в других играх, где надо обмануть противника. Изменились лишь масштабы.

Я не сильный любитель таких игр, но готов сыграть с ним в неё. И первое, на чём я хочу отыграть — его уверенность в собственных силах. Возможно, я уже подорвал мнение о наивных подростках, но будем надеяться на огромное самомнение, которое обычно есть у таких людей. Ведь если он замахнулся аж на дом, будучи никем, то наверняка и здесь будет считать себя самым умным.

Что Стрела может ожидать от жирного шестнадцатилетнего парня, который бегает-то с трудом, и испуганной девчонки с ребёнком на руках? Навряд ли чего-то дельного и опасного. Максимум: наглая самоуверенная перестрелка, минимум: попытаемся торговаться с ним. Да, я показал, что способен думать, и уже умудрился два раза улизнуть. Но уже ничего не поделаешь, остаётся лишь идти дальше и надеяться на самоуверенность противника.

В конце концов, мы же всего лишь дети, цветы жизни…

На её могиле…