Но едва пролез одну треть всего расстояния, как услышал вполне отчётливый звук того, как что-то погрузилось в воду. Не упало, а именно погрузилось.

Я буквально замер на месте.

— Сирень? — негромко позвал я и тут же пополз обратно. — Ты там?

— Да, — негромко ответила она. — Я слышала.

— Тебе нужна помощь? — так же тихо спросил я.

— Нет, лезь быстрее, пока…

Звук удара чего-то твёрдого обо что-то мягкое услышал я даже отсюда, несмотря на то, что здесь журчала вода. И я боюсь предположить, что чем-то мягким была сама Сирень. Я куда быстрее пополз обратно между стенками, забыв про клаустрофобию. А очень скоро и обо всём другом.

И Сирень была права, я действительно совершенно не знаю собственный мир. Мой мир — это всё, что я вижу перед собственным носом. Но стоит присмотреться, и понимаешь, что наша мнимая стабильность и обыденность лишь иллюзия и нежелание копнуть глубже. Там под слоем повседневной пыли обитают поистине удивительные вещи, настолько же, как и сама Сирень.

Как описать то, что я увидел в свете упавшего фонарика Сирени?

Как… огромную гориллу, чьи руки и ноги побрили налысо, с такой же лысой головой австралопитека и мохнатым телом. И вот это вот сейчас вылезло из воды, протягивая свои лапы к валяющейся и тихо поскуливающей Сирени, как в сказках про чудовищ, которые хотят утащить маленьких детей в логово, чтоб съесть.

Ага, щас, блин.

Зная, что так вряд ли попаду во что-либо, я всё равно поднял автомат и нажал на спуск, отгоняя тварь назад. Тишину, которая буквально обволакивала нас последние несколько часов, разбила вдребезги автоматная очередь. Ударило даже по барабанным перепонкам, которые заболели. Конечно, удержать его в вытянутой руке было той ещё задачей, а про отдачу вообще говорить не приходилось. Его тут же задрало вверх, ствол запрыгал влево-вправо, поливая свинцом всё, кроме самой цели, и звонко выбивая каменную крошку из пещеры. Автомат почти что выпрыгивал из моей руки.

Тварь испугалась. Метнулась из света фонарика в темноту, скрывшись во тьме по направлению пещеры, из которой мы вышли. Я продолжал стрелять, вылезая из расщелины. Прекратил, когда автомат скупо щёлкнул металлом. Закончился магазин. Вытащил, спрятал, затолкал новый, передёрнул затвор.

— Тара! — позвал слегка испуганно Малу. — Что там происходит?!

Я не ответил, настолько сосредоточился на пещере, откуда мы вышли. Подсвечивал ярким фонариком, выцепив им из темноты выход, целясь туда и медленным шагом приближаясь к постанывающей Сирени, которая сейчас неспешно вставала.

— Ты как? — очень тихо спросил я.

— Зарядил куском камня в меня, — пожаловалась она, вставая на четвереньки. — Как же больно…

В это мгновение, будто реагируя на наши слова, тень метнулась из пещеры прямо в воду, и я без единого сомнения начал стрелять.

Но не успел.

Пули выбивали куски камня из стены буквально следом за тварью, которая проворно добралась до воды и удивительно бесшумно нырнула в озеро, только разводы на водной глади и остались. Я подскочил к берегу и начал стрелять в воду, поднимая фонтанчики брызг. Поливал от бедра, надеясь достать её. Остановился, внимательно вглядываясь в пучину озера и лихорадочно шаря фонариком по дну. Но там лишь камень, ещё камень, булыжники, каме… твою же!

Я направил автомат на тень в тот момент, когда она уже выныривала передо мной. И до того, как я успел выстрелить, мне прилетел удар в грудь. Удар такой силы, что даже меня, стокилограммового парня, отбросило в стену. Эти три метра я пролетел, даже не касаясь ногами пола, и врезался с такой силой, что не только мой собственный дух, но и всё, что поддерживало меня в сознании, просто улетучилось.

В голове всё поплыло, и я едва не отключился. Мир передо мной то появлялся во всей своей красе, то погружался во мрак вместе с моим сознанием. И вот через такие вот вспышки я наблюдал, как в свете упавшего фонарика и того, что был на лбу, из воды медленно, практически пафосно, поднимается эта искажённая версия гориллы. Удивительно бесшумно она вытянулась передо мной и сделала несколько шагов в мою сторону.

Я бы и рад встать, но тело просто не слушалось. Я вот-вот сам мог потерять сознание.

И в тот момент, когда меня и тушу разделяло всего несколько метров, на спину твари метнулась Сирень. Рыча, она одним прыжком оказалась у него на горбу, открыла рот, обнажив частокол таких зубов, что становилась страшно, и вцепилась ему в шею.

Существо негромко зарычало, словно не хотело лишний раз шуметь, и начало крутиться в разные стороны, пытаясь сбросить Сирень и дотянуться до неё руками.

Она же ловко спрыгнула, позволяя его лапищам ухватить лишь пустоту, поднырнула к нему и ударила по колену, вновь отскочила и снова ударила по колену. При этом Сирень теперь передвигалась на четвереньках, словно реальный зверь, немного рыча и двигаясь боком вокруг существа. Руки, судя по всему, стали немного длиннее, да и её зубы теперь даже под губами не помещались, буквально торча наружу. Нижняя часть лица тоже немного вытянулась.

Она набрасывалась на тварь и вновь отскакивала, избегая её ударов. И так раз за разом, отводя существо от меня.