Наследник Свари медленно перемещался по залу, словно айсберг в море. Сталкивался с людьми, — здравствуйте, как ваши дела, как здоровье, — и то и дело кидал в сторону принцессы ледяные взгляды. Совершенно не заинтересованные.

Зачем тогда смотрел?

К принцессе подошёл один из слуг. Анна мазнула по нему тем же равнодушием, что сочилось из глаз наследника Свари, и снова вернулась к разглядыванию переговаривающейся знати. Никому из них не было никакого дела до принцессы и её судьбы; намного больше этих собак в шикарных нарядах интересовал Юджин, малолетний принц. Анна давно его не видела в замке. Пусть бы так и оставалось.

Слуга отошёл. Принцесса подарила ещё одну ровную улыбку какому-то вельможе и посмотрела в сторону входных дверей.

— Второй жених ещё не прибыл, — сказала Амели, не поворачиваясь к своей фрейлине.

— Или же его просто не заметили. Южане славятся своей любовью к выступлениям.

Амели слегка повернула голову и улыбнулась подруге. Анна жадно вгляделась в эту улыбку, пытаясь запомнить её до последнего изгиба.

— Моя маленькая фрейлина. Готова защищать меня от всего мира?

— До последнего вздоха.

— Только тебе и могу верить.

Амели отошла, жестом велев Анне оставаться на месте. Фрейлина смотрела вслед своей госпоже, обеспокоенно хмурясь. Она и представить не могла, как принцесса страдает из-за предательства собственного отца. Политический брак, только подумайте!

Сколько Анна себя помнила, король всегда твердил одно: в его замке нет места политике, если дело касается любви и отношений. Эдгар выбрал себе невесту, опираясь на веление собственного сердца, и прожил в счастливом браке большую часть жизни. Королева умерла десять лет назад, произведя на свет наследника Юджина. Мальчишку, из-за которого все надежды Амели на правление любимой страной пошли прахом.

Анна не знала точно, из-за чего вдруг король решил переменить своё мнение насчёт политических браков. Да и неважно это было, если честно. Какой толк в причинах, если последствия — вот они, ходят по залу в походном голубом камзоле и смотрят вокруг с равнодушием ледников.

***

Принц Севера Анне не понравился, едва фрейлина его увидела. Однако принц Юга был ещё хуже: Анна невзлюбила его, даже не видя. Ведь опаздывать на собственные смотрины мог только исключительно расхлябанный и несерьёзный человек. Такому не место подле принцессы.

Возле неё вообще никого не должно быть.

Заметив, что наследник Свари увлёк принцессу в танец, Анна нахмурилась и прикусила губу. Ногти впились в ладони. Боль была привычной, а потому почти не заметной.

— Вряд ли Амели обрадуется, увидев, что ты опять искусала себя в кровь, — услышала она змеиное шипение.

Но нет, конечно же, это была не змея. Всего-то придворный маг с его дурацкой манерой говорить.

Отпустив губу, Анна быстро провела по ней языком. Крови не было — уже хорошо. Амели действительно не обрадовалась бы, искусай Анна губы до болячек. Только прошлые сошли.

— Тебя это волновать не должно, Анвез.

— Меня волнует всё, связанное с принцессой.

Анна посмотрела на придворного мага и скривилась от отвращения. Анвез не изменил себе: на бал пришёл в чёрной робе, запятнанной снизу какой-то дрянью, и даже не причесался. Чёрные сосульки волос неопрятно спадали на жёлтое лицо, хороня под собой изъеденную ожогами кожу. Из-за этой завесы торчал только нос, сломанный незнамо сколько раз.

Глаза у мага были как будто неживыми — никакого выражения, что бы ни было на лице. Слуги взгляда колдуна не выдерживали. Анна же просто не любила смотреть в эти чёрные колодцы.

— Оставь Амели в покое, Анвез. Только твоего внимания ей не хватало.

— Возможно, в этом ты права. Ей действительно не хватает внимания кого-нибудь более… разумного.

Он встал рядом с Анной и сложил руки на впалом животе. Чёрные узкие рукава и плотные перчатки закрывали руки полностью, ни сантиметра кожи. Анна думала, что ладони Анвеза были такие же прожжённые, как и его лицо.

От мага пахло горькими травами и чабрецом, хотя при виде неухоженного мужчины подспудно ожидался запах грязного тела. Но нет: хотя Анвез и выглядел как бродяга, он следил за гигиеной похлеще других жителей замка. Возможно, исключительно из-за пристрастий. Магия не терпела чужеродных примесей в зельях и артефактах.

Какое-то время Анвез молчал, мрачно разглядывая кружащуюся в танце пару. Губы его беззвучно двигались, очевидно посылая проклятия. Анна надеялась на это: несмотря на личную неприязнь к магу, она бы с удовольствием посмотрела, как тот насылает на северного гостя морок.

— Второй ещё не пришёл?

— Насколько я знаю, нет.

— Южане, — выплюнул Анвез, словно это было оскорблением. — Всегда любили появляться с шумом.

О том, что совсем недавно Анна отзывалась точно так же, она промолчала.