— Меня зовут Сергей Петрович Шамайский, — медленно идя вдоль нашего строя и зло зыркая на курсантов, громко произнес капитан-лейтенант. — На протяжении следующих трех лет я для вас — мать, отец, и самый ближайший родственник. Любое нарушение устава будет караться максимально строго и со всей ответственностью….

Минут пять он внушал нам важность нашего обучения и великой цели армии Империи. Особенно сильно упирая на добродетель Императора, что позволил нам, оболтусам, получить лучшее в мире образование. В общем, нес пропаганду в неокрепшие умы будущего армейского «мяса». И только после того как закончил свою лекцию, он перешел к оценке происшедшего инцидента.

— Теперь, что касается вашего возмутительного поступка, — строго обвел он нас грозным взором. — Шестеро курсантов, что встретили офицера как должно. Два шага вперед!

Мы, естественно, моментально выполнили команду. Я чеканным шагом и гордо выпятив вперед грудь, а пятеро остальных скромно и, можно сказать, с опаской, как самые обычные гражданские, вышли из строя. Снова одобрительный взгляд в мою сторону и печальный на остальных.

— Как твое имя, курсант? — с теплотой во взгляде посмотрели на меня.

— Курсант первого курса магической поддержки отрядов войск специального назначения Дмитрий Корнеев, господин офицер! — гаркнул я по уставу на одном дыхании и с максимальным выдохом. Жутко сложное дело эти их заморочки, но зато каков результат? Теплота во взгляде офицера сменилась на всецелое одобрение.

— Молодец, матрос! — аж крякнул от удовольствия офицер, не заметив своей оговорки. Я ведь не матрос, а курсант. А после, обведя всех грозным взором, офицер продолжил. — Учитесь, мать вашу! Вот как должен выглядеть нормальный курсант военного училища! Не то что вы, гражданский мусор.

Кажется, в этот момент меня стали искреннее ненавидеть сразу все мои сокурсники. Я отчетливо ощущал всей спиной эти «милые» и «приятные» для моей души взоры, обещавшие все кары небесные на мое бренное тело. Просто как бальзам для бедного разума.

— Значит так! — между тем гаркнул в очередной раз офицер. — Курсант Дмитрий Корнеев с этого дня назначается старшиной вашего курса! Это всем ясно?

— Так точно, — недружно прозвучал разрозненный выкрик курсантов.

— Так точно, господин офицер!!! — выделился мой идеальный отзыв на фоне все остальных. Мммм, как же приятно ощущать повышающийся еще больше градус ненависти.

— Тьфу ты, — в сердцах чуть ли не сплюнул на плац офицер. — Что за стадо береговых крабов? Вам не в военное училище надо было поступать, а куда-нибудь в швеи или балерины. Что за скулящие звуки побитой девицы? А ну-ка, курсант Дмитрий Корнеев, покажите еще раз этим бездарям как нужно!

— Так точно, господин офицер!!! — моментально откликнулся я со всем глубинным рыком, на который был способен.

— Воооо! Вот так надо, бездельники, — одобрительно кивнул в мою сторону офицер и грозно добавил, глядя на курсантов. — А ну-ка, быстро повторили!

— Так точно, господин офицер! — в этот раз уже получше прокричали курсанты, но слишком вразнобой и в итоге сумбурно.

— Отвратительно, — поморщился офицер. — Ну да ладно. Я еще успею заняться вами как следует, — с явным предвкушением добавил он. — А пока… Курсант Корнеев, сопроводите пятерых ваших подопечных на первое занятие.

— Так точно, господин офицер! — гаркнул я в ответ, а после сразу же добавил. — Разрешите выполнять, господин офицер!

— Разрешаю, — с абсолютной теплотой и, можно сказать, отеческой любовью произнес он, будучи явно растроганным до глубины души моим идеальным исполнением.

Я же сделал еще шаг вперед, затем четко развернулся кругом и посмотрев на пятерых «умников», отдал череду команд.

— Отделение! Нааа-пра-во! За мной! Шагом! Марш!

Несмотря на их вялый разворот, я тем не менее сам повернулся строго по уставу, а после чеканным строевым шагом отправился ко входу в училище.

— Вооот! — между тем с одобрением и глубинной гордостью тряся рукой в мою сторону, протянул офицер. — Учитесь, салаги! И куда только смотрели ваши родители? Ни грамма уважения армии. Один только Корнеев меня порадовал. Ну да ничего. Сейчас вы у меня быстро научитесь и правильно отвечать и ходить как люди, — многообещающим голосом продолжил он. — Времени у нас до вечера много, и вы либо сдохнете на этом плацу, либо научитесь делать так, как положено!

Дальше я уже не слышал, о чем говорил офицер, ибо вошел наконец в помещение училища, где можно было слегка расслабиться. Все же до первого занятия у меня еще было цельных десять минут.

— Корнеев, — позвал меня один из идущих за мной.

— Не Корнеев, а старшина Дмитрий Корнеев, — резко развернувшись и прищурившись, произнес я с угрозой. — Это понятно?

— Ты это самое, не зазнавайся. Да, — хмыкнули мне в ответ. — А то ведь можно и в харю получить.

— Да будет тебе известно, о мой глупый и недальновидный подчиненный, — с язвительной улыбочкой произнес я. — Именно от меня зависит теперь график дежурств курса. И это не только вахтенный на посту в общаге, но еще и те, кто именно будет «добровольцем» на кухне, а кто будет драить сортиры, причем во всем училище и общаге. Ну так что? Будем и дальше угрожать начальству?