— Ты ведь сказал, что тебя зовут Александр?

— Да, меня и вправду зовут Александр, — кивнул я.

— Ну, видишь ли, я провела некое расследование. Тут не было трудностей, чтобы узнать, кто является двойником моего сына, надо было всего-то отыскать некрологи за тот период, когда ты появился при дворе. Павел Кутафьев и вправду подошёл по возрасту. Да и на фотографии выглядел так, будто живой Сашенька. А дальше я сделала пару телефонных звонков, вот и все.

— Но, судьба, в лице вашего венценосного отца, распорядилась так, чтобы эта роль досталась мне. И, смею вас заверить, меня и вправду зовут Александр. Так тоже сложилось по воле судьбы. Боюсь, я не могу раскрыть вам всех своих тайн, но уверяю — Николай Александрович знал, что делал, и знал, кого именно выбрать на место будущего наследника.

— В этом я не сомневаюсь, — хмуро произнесла Ольга Николаевна.

— И всё же, из уважения к вам, приоткрою кое-что, — произнёс я. — Те видения, о которых вы мне рассказывали когда-то, вполне могли состояться, если бы не дар Николая Александровича. И уж поверьте, всё, что происходило и происходит, позволило России миновать страшную судьбу. И я уж постараюсь, чтобы тенденция продолжилась и чтобы Российская Федерация была сильнейшим государством мира, а не плелась в хвосте.

— Российская Федерация? — переспросила матушка, нахмурившись.

— Я оговорился. Российская империя, конечно же.

Для войны, которая непременно будет, мало одних только танков и самолетов, пушек и снарядов. Мало шинелей, медикаментов, спирта и сухарей. Нам (это я сейчас не только о себе во множественном числе, как о монархе, но и о тех людях, что меня поддерживают) потребуется ещё и идея, что сплотит всех нас во время войны с Западом. Кстати, я уже запустил в обращение термин «коллективный Запад» и газеты, парламентарии и мои министры уже вовсю используют эти два слова.

Запад борется не только со мной, как с императором, он борется с Россией вообще. Подозреваю, что когда начнется война, европейские газеты станут дружно писать, а их радиожурналисты истошно вопить, что они несут русскому народу свободу и избавление от узурпаторов — династии Романовых. Уверен, что в ход пойдут все уловки, весь компромат, припасенный на будущего императора. Станут призывать население выступить против «прогнившего царского режима». Свергните императора, получите свободу. И ведь такие найдутся, а их немало. Свобода — великая вещь! А то, что вас станет мягко наставлять Европа — так это же замечательно! Русский народ вообще не способен сам управлять своим государством. Вон, пример — призвание варягов. Вот и теперь — уберите плохого царя, установите демократию по европейскому образцу и будете все богатыми, довольными и счастливыми, словно жирные свиньи, предназначенные на убой. А что такого? Европейцы очень любят свининку. А предназначение русских свинок — удовлетворить аппетиты Европы. Отъедайтесь и будьте счастливы, что вас съедят.

Но как в этом убедить тех людей, кто искренне убежден в европейских «общечеловеческих» ценностях? Тех, кто убежден в абсолютной правильности Европы, просто потому, что это Европа, а мы дремучий Восток.

Нет, мне требуется показать, что Европа никогда не была, да и в будущем не станет другом России. Русофобии следует противопоставить «антизападническое». Не оголтелое, отрицающее европейскую культуру и литературу, имена великих ученых и композиторов. Нет, мы этого делать не станем. Я даже и в своем времени Англию не очень любил, но уважал и Шекспира с Дефо, и Свифта с Вальтером Скоттом, да и других великих. А замечательные английские сериалы про Пуаро, инспектора Барноби? И «Шерлок»?

Европейскую культуру мы отвергать не станем, она тоже наша, но мы противопоставим свое мудрое и правильное прошлое их русофобии, чванству и цинизму, с которым оно относится к нашей стране.

Стало быть, мне требуется основа, некий «ликбез», или конспект, в котором будут заключены основы нашего «антизападничества», которые журналисты разовьют в полноценные статьи и очерки, преподаватели гимназий и учителя земских школ проведут уроки, а особо быстрые и талантливые писатели напишут книги. Разумеется, издатели, решившие опубликовать эти книги, получат от государства субсидии и все такое прочее.

В основе всей западноевропейской цивилизации лежит ложь! Я-то это прекрасно знал, но в моей империи хватало народа, расточавшего слезы и сопли перед культурностью европейцев, их приверженностью закону и порядку, их некой исключительностью и особенностью. Значит, требуется все расставить на свои места и мне понадобиться провести настоящую идеологическую кампанию, где разъясняется, что европейцы дружат с Россией только тогда, когда им это выгодно, а в остальное время предпочитают либо бить нам в спину, либо, на нашу спину плевать. Им можно, они европейцы.

Разумеется, я мог бы потратить вечер, два, а то и целую неделю, чтобы восстановить некоторые знания, имеющиеся в моей голове, но я отправился к моему энциклопедисту. Он же в свое время для того и был вытащен из какой-то затхлой каморки, чтобы попасть в комфортабельную тюрьму и помогать мне приобретать и преумножать знания. Забавно — я до сих пор не могу добиться от Кутепова правды. За что же был некий Иван Иванович Иванов (не Иванов, а может быть Сидор Сидорович Сидоров) приговорен к такому суровому заключению? А Александр Павлович лишь твердит — дескать, он давал клятву не разглашать истинные причины, а клятва, данная прежнему императору, не означает, что ее следует забывать, если новый требует от вас эту клятву нарушить. Наверное, если бы на Александра Павловича как следует поднажать, так он бы «поплыл», и все рассказал. Но зачем лишний раз ломать человека об колено? Ладно, когда-нибудь, когда придет время, Кутепов мне все-таки и расскажет, а пока пусть хранит свои тайны даже от государя. Потерплю.