– Так как вы у меня уже не первый день, то начинаем работать. Не забываем в деталях описать все, что удалось достичь за три месяца. У нас исследовательская группа, мы фиксируем весь процесс.

Через пять минут встаю, с поклоном возвращаю заполненную форму. Затем спрашиваю:

– Могу я задать несколько вопросов, Сакамото-сэнсей?

– Разумеется, слушаю тебя.

– Я не уверен, что вопросы не будут столь же конфиденциальны.

Профессор улыбается:

– Торопишься жить? А то, что такое поведение может обидеть других студентов?

Оборачиваюсь, разглядываю напряженные лица. У кого-то заметно обиду. У кого-то затаенную злость. У кого-то зависть. Доброжелательных точно нет. Разворачиваюсь обратно:

– Это студенты, Сакамото-сэнсей. У них уже выбранный путь. Медицина. Лечение больных. Или работа в каком-нибудь научном центре вивисектором над перегоревшими абэноши. Я же стою в самом начале пути. Боюсь, мои вопросы и пробелы в знаниях вряд ли их заинтересуют. Они это уже знают, умеют и думают, что лучше меня... В этом они правы. В медицине я полный ноль. Но я не хочу изучать алфавит, его я дома по букварю освою. Я хочу спросить про то, как правильно складывать хайку.

– Ну у тебя и запросы, - вздыхает старик.
– Ладно, пойдем в мой кабинет. Все равно эти “лучшие” с бумагами будут возиться минимум час. Послушаю я твои конфиденциальные вопросы.

Еще дома я прикидывал, насколько полно можно доверять Коичи Сакамото. С одной стороны - он в контрах с официальными властями. Для меня это плюс. С другой - он сильный абэноши и его цели мне неизвестны. В итоге, как ни ломал голову, ничего путного не придумал. Решил играть от ситуации. Терять мне особо нечего. Даже если будет конфликт и у меня тупо пережгут дар, то руки-ноги останутся. А ими я много чего могу сделать без опоры на огненные фокусы.

– Что такое открывшийся дар, Сакамото-сэнсей? Как он завязан на внутреннюю энергию и как люди ее накапливают? В учебниках и интернете на эту тему все очень абстрактно.

– Хочешь сказать, что я могу объяснить тебе это в двух словах?

– Очень на это надеюсь. Из моей практики получается, что любую вещь можно объяснить просто. Даже квантовую неопределенность. Как только люди начинают придумывать дурацкие слова и путают собеседника, можно уходить и не тратить зря время. Значит, человек не понимает сам, о чем говорит. Или хочет тебя облапошить.

– Мдя...
– мое заявление насмешило старика.
– С тобой будет очень интересно, Тэкеши-сан. Такое впечатление, что тебя не особо прельщает официальный путь.

– Вместе со всеми к офисному счастью? Спасибо, не интересно.

– А как же статус абэноши?

– Вы про то, что одна десятитысячная возомнила себя равными богам и теперь плюет на головы остальных японцев? Спасибо, мне проще тогда отказаться от столь сомнительного счастья.

Крохотный кабинет у профессора прямо за аудиторией. Стол с кучей бумаг, шкафы с папками. Одинокий стул напротив. Наверное, для студентов, вызванных “на ковер”. И окно, из которого видно парковку. Абсолютно утилитарное место - исключительно для работы

Сакамото сдвигает груду бумаг, садится на столешницу и опирается руками на край. Теперь я понимаю, что не у меня одного была трудная неделя - старик изрядно вымотался. Хотя и держится бодрячком. Кивком головы предлагает мне сесть. Я подхожу к окну, пристраиваюсь на широком подоконнике. Вижу улыбку - а что такое? Мне снизу вверх со стула разговаривать неудобно.

– Значит, ты не хочешь быть абэноши.

– Я хочу понять - что это такое. И что это мне даст. Мне, моей семье, моим соседям. Я не хочу играть по чужим правилам. Если все так плохо - проще получить блокиратор. Или перегореть самому. Тогда от меня точно отстанут.

– Как все просто. Отказаться от крыльев, чтобы продолжать ползать в грязи.

– Не всем быть орлами, - возражаю ему.
– Особенно, если за это надо платить чужими жизнями. Не мое...

– И чем займешься?

Демонстрирую руки:

– Вот. Могу забить гвоздь. Могу отремонтировать машину. Могу дать в морду тому, кто мне не нравится. Я сын рыбака, меня с серебрянной ложечки не кормили. Я умею работать головой и остальными частями тела. Для меня это не проблема.

– Сын рыбака?
– Сакамото удивлен.
– По внешнему виду не скажешь.

– Вы про костюм? Так его я тоже заработал. Не получил в подарок от мамы или папы, а честно выгрыз компенсацию за проявленное неуважение и потратил на себя. Завидно было. Очень уж импозантно выглядел господин Мураками из союза Микоками. Захотелось быть похожим. Не на него, а на людей, умеющих стильно и красиво одеваться. Сам я в этом ни бум-бум, но профессионалов нашел. Теперь вот, красуюсь.

– Это точно. Студенты от зависти готовы удавиться... Ладно. Значит, ты хочешь узнать, что такое дар. Так?