Впрочем, моя оскорбленная, в лучших чувствах, девичья душа никого нахрен не интересовала. Мужланы бессердечные! Пока главарь развлекался со мной, остальные во все щели, так сказать, драли Мяуру, в ожидание своей очереди. Сама кошка, судя по их взглядам, направленным в мою сторону, была им не особо интересна, но, видимо, для затравки и она сгодилась.

Происходящее меня в корне не радовало. Напротив, я была в бешенстве! Однако, к собственному удивлению, оказалось, что яростью полыхали только мой разум и душа, а вот тело было совсем не против, чтобы его попользовали. Что за нафиг?! Несмотря на мой внутренний протест, возбуждение все отчетливее проникало в мое тело, овладевая им и распространяя потоки наслаждения. Осознание этого ощутимо напрягало, и даже слегка пугало, но противиться нарастающему удовольствию, с каждой минутой, становилось все сложней и сложней. Нет, млять, я не сдамся!

Злобно ругаясь, я заерзала, виляя задницей из стороны в сторону и пытаясь избавиться от инородного предмета, который так настойчиво вторгался в мое лоно. Набухшие соски елозили по шероховатой поверхности камня, добавляя контраста и в без того спутанные ощущения и эмоции. Мои потуги оказались напрасны. Сильные руки лишь крепче сжали мои бедра, а толстый агрегат начал активней и жестче врываться в мою киску. Ну что за гадство!

— Ах ты штопаный писькин педжак...ум-м...ссс... — ругалась я, из последних сил борясь с нарастающим возбуждением. — Да чтоб злыдень писюкатый... аха-ам-м... все свои херусы в одну твою задницу вставил и... о-ох... и драл тебя трое суток без перерыва!

И это было одним из самых безобидных пожеланий в его адрес. Бородач долго не обращал внимания на мой богатый запас оскорбительных слов, упорно вдалбливая свой прибор в мою влажную киску, но, в конце концов, даже под влиянием ауры, не выдержал.

— Лукас! — рявкнул он рыжему парнишке, который самозабвенно таранил пилотку нэко. — Заткни этой стерве рот! — приказал главарь, отвлекаясь от своего увлекательного занятия. Да ты охренел, черт косматый?! Мало того, что вырваться не могу, так ты меня еще и возможности говорить хочешь лишить?! Вообще страх потерял, Абсуливой задницей тебе по хлебалу?!

Рыжий паршивец аж просиял от этой просьбы. Напрочь позабыв о Мурке, он резво перебрался поближе к нам и опустился на колени прямо передо мной. Его возбужденный ствол оказался в опасной близости от моего перепачканного жижей личика. Эй, только попробуй! Злобно клацнула челюстями, демонстрируя, что его ожидает, если он рискнет поднести свой перец к моему рту. Видимо, ослепленный дебильным даром Богини, парень не внял моему предупреждению, и влажная головка его члена настойчиво ткнулась в мои плотно сомкнутые губы. Злобно зарычав, в очередной толчок бородача, подалась вперед и с наслаждением вцепилась зубами в подставленный мне стрючок. Клац!

— А-а-а-а! У-у-у! О-о-о! — завопил рыжик с трудом высвободив свой член из болезненного плена. Будешь знать, как совать свой хрен туда, куда песель своей ху... тьфу... хвост не совал!

За мою выходку мне тут же прилетело от главаря. Очередной мощный толчок в спину выбил из меня не только весь воздух, но и невольный протяжный стон. Мляа-а-ать, я не любительница жесткого траха, так что нефиг руки распускать, хмырь недобитый! Хотя, кто вообще интересовался моими желаниями? Твари похотливые!

— Грач, — жалобно заскулил Лукас, скрючившись в три погибели и зажимая пострадавшее место. — Она кусается! — пожаловался он на мой подлый поступок. Мало тебе, сучонок! Скажи спасибо, что вообще не отгрызла!

— Идиот! — сердито сплюнул бородач, размашисто вогнав свой ствол в мою пилотку по самое основание. Охо-о-ой! Сука, ты его отчитываешь или меня наказываешь?! Походу, два в одном... — Тряпкой ей рот заткни! — уточнил свою просьбу мужик, возвращаясь к прежнему ритму. Нефиг всякую дрянь мне в рот совать!

Вместо болтовни, лучше бы бедрами активней работал, а то оставишь несчастную девушку неудовлетворенной! О да-а, вот так! У-у-у, становится горячо! Уф-ф, кайф! Так, стоп! Мара не поддавайся этой похотливой дичи! Это не твое желание! А чье? Действительно... Хм-м-м... Эй, ты куда эту грязную тряпку своим дрожащими ручонка тащишь, рыжий гондохрен?! Не-не-не, брысь! Фу, мерзость! От нее жижей воняет... Э?! Ты что, падла, мою рубашку разорвал?! Капец тебе, хорек переросток! Она же честно стыбзеная у таких же ушлепков, как вы! Один из первых моих трофеев! Казнить сволоту!

— Руки убрал, скотина! — окрысилась я, упорно уворачиваясь от тряпки, нацеленной в мой говорливый рот. — Я кому сказала?! Лучше убери, а то в следующий раз... а-аха-а-а... вообще с корнем вырву твой нефритовый покусанный жезл! Ах ты мра...ухум... Фука! — возмущенно фыркнула я, отчаянно мотая головой, в попытках выплюнуть грязную тряпку. Млять, глубоко затолкал...

— Так-то лучше, да, девчуля? — злорадно оскалился Грач, игриво шлепнув меня по заднице.

— Пуфол фа фуи! — огрызнулась я, бросив на него уничтожающий взгляд через плечо.