За наш счёт эта группа собирается развлечься.

Не понимая, что от смерти… От множества смертей их отделяет всего ничего.

Остальные поддержали говорившего смехом. Из шестерых только одна оказалась женщиной. Полноватой и низенькой, она шла в центре. Или её вели?

— А это мы удачно зашли, — говорит второй. — Молодая леди не желает присоединиться к настоящим мужчинам?

— Зачем мне какие-то ничтожества, если у меня есть дракон?

От того презрения, которое Ева вложила в голос, я аж застыл.

Не ожидал от неё такого.

Не ожидал, но это не мешает мне внимательно следить за этими незваными, самоуверенным гостями.

Как и сказал, вода и камень рядом излучают свет. Небольшой, но их лица, пусть и искаженные, я вижу.

— Что за дракон? — смеется тот, второй.

А вот первый не смеется. Смотрит мне в глаза, и его улыбка медленно сползает.

— Пойдемте, — говорит он. — Найдем место. Не будем молодым мешать.

— Эй, ты чего, — не догоняет второй. Остальные реагируют, кто как. Их баба не понимает, косится на главного.

— Ничего, — отвечает тот. — Нечего людям вечер портить.

Не оглядываясь, он уходит, и за ним остальные тянутся.

— А тебя боятся, — подплывает Ева и обнимает меня сзади. — Знаешь, сама от себя не ожидала, но это чертовски возбуждает…

Она кусает меня за плечо, руки гладят живот, спускаются ниже…

На этот раз я действую куда умнее. Прижимаю её к бортику.

И в этот раз нам уже никто не в силах помешать.

***

А хороший день. Небо голубое, облачка белые, травка зеленая.

Ладно, шучу. Травки здесь, на площади, нет.

Но и плевать.

Всё равно день отличный.

На лицо нет-нет да и наползает улыбка. Внутри я чувствую приятную пустоту.

Не опустошенность, а легкую утомленность.

Выспаться мне совсем не удалось. Как и Еве.

Два раза в источнике не выспались. А потом ещё разок, когда в комнату, которую мне выделили, добрались. И разок утром. Ева меня разбудила. Приятным образом.

Кажется, не только мне надо было пар выпустить.

Хорошо, что расцарапанная спина и засосы на шеи исчезли. А то и улыбки хватает, чтобы спалиться.

Хотя сомневаюсь, что кто-то ещё не в курсе. Дмитрий, как увидел меня, большой палец показал. Подходить и шутить не стал, уже неплохо. Лень мне сейчас огрызаться.

День-то прекрасный…

***

День прекрасный — а люди злые.

Хорошее настроение портит Тихий. Подходит ко мне, давит тяжелым взглядом и так проникновенно говорит:

— Тебя вчера как щенка резали. Понравилось?

— Не особо, — отвечаю я, понимая, к чему он клонит.

— Тогда чего сидишь? Вперед, разминаться. Наш лидер попросил кое-что подтянуть у тебя.

— Что же?

— Умение уворачиваться, — ответил Тихий.

В тот момент я ещё не понимаю, что это значит.

Как научить человека реагировать в короткие сроки, если он в случае смерти возродится?

Через боль. Только через боль.

И десятки порезов.

Тихий в этот раз требует от меня куда более высоких стандартов. Показывает приёмы, как ударить человека. Я тупо не успеваю за его движениями. Что немного злит, но так, скорее порождая азарт, а вовсе не ненависть.

Я и сам понимаю, насколько это нужно.

Закончив со мной, Тихий передаёт Дмитрию. Тот гоняет со всеми, заставляет делать физические упражнения, двигаться в строю, драться врукопашную, потом с оружием. Узнаю, что Матвей решил сегодня провести день на базе. Много кто получил новые уровни. Хватает и тех, кто добрался пятого.

Тихо радуюсь этому. Сегодня у меня нет никакого желания бежать и устраивать массовые убийства.

Может, это и глупо, но не хочу, и всё.

Мне нужна перезагрузка. Замедлиться, дать психике адаптироваться к происходящему.

Совсем недавно я рассуждал, что лучше стать драконом. Но сейчас иначе на это смотрю. До сих пор не уходит ощущение, что пробежал по краю пропасти.

Не в плане смерти, а в плане чего-то другого.

От размышлений отвлекает новое упражнение.

Дмитрий ради меня притаскивает разноцветные мячики. На поверку оказывающиеся обычной тканью, в которую завернули землю.

— Я не могу без практики научить тебя применять нужные навыки, — говорит он. — Но реакцию подтянуть — могу.

— Что нужно делать? — щурюсь я подозрительно.