Думаю об этом и задаюсь вопросом, а так ли правильно никого не уничтожать.

Про тот договор, который заключили наши, военную доктрину, как пафосно говорили люди, я знал. Добиться такого преимущества, чтобы никто не смог уничтожить нашу базу, доминировать, но никого окончательно не убивать. И только в крайнем случае пойти на жесткие меры.

Мне была понятна логика, которую приняли командиры.

Если уничтожить чей-то алтарь, есть риск спровоцировать остальных на союз. Только мы не уничтожали алтари. Что не помешало трем фракциям объединиться. Самое смешное, пусть и опасное для нас, тем самым они решали ключевую проблему. Если биться вместе, никто не выделяется. Это как бы общая проблема.

Хотя тут сразу видно слабое место таких рассуждений. Алтарь ведь сломает кто-то конкретный. Бонусы получит одна фракция. Не спровоцирует ли это двух оставшихся на новый союз? Впрочем, зачем так далеко заглядывать, если ороборгцы успели всех разозлить, вырваться вперед, и теперь их надо гасить первыми.

Еве я не стал задавать вопрос о том, что она теперь думает по поводу массового убийства, то есть разрушения чужих алтарей. Я и сам не мог сказать, что думаю по этому поводу.

Надо сначала разобраться с проблемой, а там видно будет.

Противников сейчас две-две с половиной тысячи. Ещё пара тысяч должна быть на подходе от шакарцев. Мне, чтобы их всех уничтожить, потребуется... Три-четыре часа, если каждый удар будет достигать своей цели, и они станут равномерно надвигаться на нас.

— Драк! — прямо как Ева, только куда громче, меня окликнул Дмитрий. Он подбежал, остановился рядом и задал вопрос: — А ты сможешь отличить щиты магические от физических? В смысле те, которые против стрел, и те, которые против навыков?

— Ну... — задумался я. — В теории да. Что задумал?

— Будешь работать наводчиком. Мы уже распределили по квадратам, поэтому ты говори, что и где находится.

— А что тут говорить, если они несколько слоев щитов поставили? — не понял я.

Это и правда было так. Противник на месте не стоял. Люди подтягивались, выстраивались в отряды, вперед выходили крепкие мужики с тяжелыми щитами, где-то у них за спинами виднелись те, кто тащил лестницы. От своих баз, получается, тащили. Надо же, какие трудолюбивые.

Об этом я знал, слушая вполуха разговоры тех, кто рядом находился. Про щиты же был в курсе, удерживая взгляд дракона.

— Да? — озадачился Дмитрий. — А бреши сможешь находить?

— Смогу, но их обычно быстро закрывают.

— Тогда просто, где слабее защита! — вспылил он.

Не на меня вспылил, а в принципе. Нервничает копейщик. Да мы тут все нервничаем. Хотя мне в целом плевать. Если я смог тысячу отправить обратно, то ещё столько же точно отправлю. Тогда перевес перестанет быть таким выраженным. Сильные последователи, стена, укрепления — они кровью умоются, пока штурмовать будут.

Хотя надо признать, что стену покромсали. Как и ворота. Их успели восстановить, но до былой прочности далековато. Да и не открываются они теперь свободно. Заделали их намертво. Про ворота в замок молчу. Там совсем плохо всё.

Получается, противника внутрь города пускать нельзя.

— Вон там, — указал я направление.

— Ева? — посмотрел Дмитрий на девушку, — Твой ход.

Без лишних слов та выхватила стрелу, прицелилась и отпустила её. Выглядело круто. В смысле, точность движений, скорость, как она небрежно выстрелила. Я бы так не смог. Когда только научилась?

Но куда интереснее было то, что стрела разъединилась, превратилась в десяток и попала, куда надо. При такой плотности народа девять из десяти стрел как минимум ранили противника

Это было не единственное, что произошло. Ещё пара десятков лучников повторили за девушкой.

— Она наводчик, — пояснил мне Дмитрий. — Велел остальным по ней ориентироваться. Так что направляй её, а я дальше побежал. Готовиться, млять... — выругался он напоследок и унесся.

***

Матвей поднялся на крышу. Его прикрывали двое бойцов с развитыми щитами.

С этой точки открывался отличный вид на окрестности. Сложившаяся ситуация беспокоила мужчину. Они просчитался. Матвей просчитался. Сейчас это было очевидно. Никто не ждал, что три фракции объединяться разом. Для этого не было никаких предпосылок.

Матвей точно знал, что все воюют со всеми, выбирая ближайших соседей. Как не верилось, что, каждый день проливая кровь, удастся заключить договор. Но это случилось. Среди ороборгцев уже гуляло мнение, что причина в их силе. Другие испугались того, что они вырвались вперед, вот и решили напасть. Матвей в это не особо верил. Может, у них и было преимущество, но не такое большое, чтобы прям напугать остальных.

За происходящим чувствовалась чья-то воля. Неужели у противника нашёлся дипломат, который смог со всеми договориться? Если так, Матвей поставил бы на дрогворцев. В этом случае то, что выбор пал на них, было логичным.