Сколько же их тут было, вышедших навстречу Кровавым воинам Реола?

Я принялся высматривать необычные места в грудах тел. Там, где реольцы сумели убить своих врагов. Но либо плохо искал, не сумев отличить одного мёртвого от другого, либо же реольцы... Не сумели никого убить?

Короткий вопль заставил меня отвлечься от поисков.

Один из реольцев ещё был жив и лишь притворялся мёртвым. Он вскинулся, пытаясь поразить мечом подошедшего врага. Но не достал, поспешил. Наш идар, крепкий мужчина лет тридцати, склонил голову к плечу, оглядывая реольца, а затем поднял меч. И меч засиял белым пламенем, которое окутало не только сталь, но и руку идара.

Я сглотнул. Клинок. Он Клинок. И если они все здесь Клинки, то я могу понять, почему Кровавые воины Реола проиграли.

Короткий взмах и реолец пробит насквозь. Скорее даже рассечён надвое.

Я в восхищении покачал головой. Адалио хмыкнул:

— Какой быстрый удар. Кто успел его заметить?

Желая ответить, я даже не успел открыть рот. Потому что беловолосый идар к удару мечом добавил удар рукой, погрузив пальцы в грудь реольца.

Кто-то прошептал:

— Клянусь Безымянным, они Кровавые. Но почему их глаза обычные?

Я невольно покосился в сторону и встретился взглядом с единственным глазом Креода. Значит, он такой не один? Значит, рецепт с кровью известен многим и кровь Ребела для этого не так важна? Что же тогда плещется в жилах того, кто давал пить свою кровь этим шестерым?

Телохранитель гонгана, Диар громко возмутился:

— Чего замерли? Идары, подгоните ваших людей. Спускаемся и проверяем, все ли реольцы мертвы.

Адалио помедлил, затем осторожно заметил:

— Да там вроде и без нас справляются.

Диар покачал головой, мне даже показалось, что я заметил, как сверкнули алым его глаза:

— Защитники не будут делать грязную работу. Спускаемся.

Я сделал первый шаг вслед за отрядом мрачного Адалио, перекатывая на языке именование этих беловолосых идаров. Защитники. Интересно, что же они защищают.

Перекатывая тела мёртвых, иссушенных реольцев, мы всё же нашли два тела поверженных Защитников. Они были буквально завалены трупами.

Выходит, Защитников было восемь. Против сотен врагов, на многих из которых нужно было бы выставить двух Великих паладинов для равной схватки. Я, разумется, знал, что отец, как и любой Клинок, силён. Но чтобы настолько? Или такова сила Клинков Кровавых?

Ближайший из Защитников, мужчина в алом шёлке, с короткой бородкой, в которой блестела седина, встретил нас недовольным вопросом. Или не нас?

— К чему ты их привёл, младший?

Диар сбросил капюшон, впервые открывая лицо с алыми глазами, сложил перед собой ладонь к ладони в приветствии:

— Старшие, у меня приказ добавить вам сил, если какой-то малости не хватило.

— Малости? Это была глупая затея с самого начала. Мы потеряли двоих, а толку никакого. Ради чего мы заплатили такую цену?

Диар сжался, втянул голову:

— Старший, я лишь выполняю приказ. Не гневайтесь.

Один из седых шагнул ближе, опустил руку на плечо бородатому:

— Держи себя в руках, Отий. Его вины в произошедшем нет. И вспомни, ты сам был рад поучаствовать в этом.

Бородатый, которого назвали Отием, сбросил с себя руку старика:

— Зато теперь не рад. Ладно, закончим с этим, проверим до конца.

С этими словами он шагнул к нам. Клинок в его руке покрылся сиянием, когда он проявил ауру Меча.

— Подожди.

Я не успел ещё ничего понять, не успел даже моргнуть, а перед Отием уже стоял старик, упирая ладонь ему грудь. И я не заметил его движения, настолько быстрым оно было.

Отий недовольно спросил:

— Чего ждать?

Я невольно качнул головой.

Как они могут быть такими быстрыми?

До меня вдруг дошло, что я думаю совсем не о том, рядом выругался Адалио и Глебол, зашипела сталь, покидая ножны. Сердце забухало в груди, разгоняя кровь и жар души по жилам.

Они что, хотят убить нас? Получить и нашу кровь?

Стоявшие позади спорящих Клинки переглянулись и вдруг размазались в разноцветные полосы. Только что их там было четверо, а теперь остался лишь один.

Я медленно повернул голову, обнаружив троих Клинков позади нас.

Безумная скорость. Ясно, как они могли на равных биться с Кровавыми, не обладая моими тенями. Кто-то замедляет своего врага, чтобы выиграть, а кто-то лишь ускоряется, сравниваясь с ним. И превосходя.

Старик тем временем недовольно цедил: