Оглядываюсь назад. Мужчина лет сорока с копьём в руках. Наконечник оружия смотрит в землю, но поднять его — дело одной секунды.

Его слова слышат и на поляне — один из оставшихся лучников быстро шагает в нашу сторону, держа стрелу на тетиве. Так себе расклад. Быстро справиться с копейщиком, скорее всего, не выйдет. А если прикинуть, что потом я столкнусь сразу с тремя вооружёнными противниками, у которых есть дальнобойное оружие, то шансы на победу вовсе стремятся к нулю.

Медленно выпрямляюсь, сжимая в руке тесак. Копейщик же бросает быстрый взгляд на связанного карлика. Кивает в сторону поляны.

— Это вы того урода уложили?

Не успеваю прогнать в голове варианты ответов, как рядом звучит голос девушки.

— Да, мы. Объясните, что здесь происходит? Куда мы попали?

Тот коротко кивает.

— Конечно, красавица. Только сначала соберём всех кого найдём и отведём в безопасное место. А потом вам всё расскажут.

Слова, вроде, звучат правильные. Но вот взгляд обшаривает блондинку с ног до головы, становясь маслянистым. Мне кажется, в процессе этот мужик представляет себе, как должно выглядеть её тело, если снять с него комбинезон.

Коротко оглядываюсь назад. Лучник уже совсем близко, метрах в пяти от нас.

— Ну так что? Если в мозгах не клинит и кидаться на нас не собираетесь, то давайте к остальным.

Возвращаю взгляд на копейщика. Снова правильные слова. Именно те, что должен говорить человек, который ищет выживших в лесу, чтобы увести их отсюда. Или те, которых эти самые выжившие будут от него ждать.

Недавняя пленница уже начинает разворачиваться, чтобы двинуться на поляну, но я останавливаю её голосом и киваю на связанного карлика.

— Его тоже захвати. Пусть пока побудет под рукой.

Копейщик прищуривается, глядя на зелёного уродца с длинными ушами. Вижу, как в его глазах мелькает лёгкое сомнение.

— Вы успели с ним пообщаться?

Прежде чем спутница опять ляпнула что-то не то, отрицательно качаю головой.

— Нет. Он только в себя пришёл, как в лесу кто-то закричал и мы решили укрыться.

Тот сразу же расплывается в усмешке.

— Да это один из свежих споткнулся и со всего размаху на бревно яйцами упал. Не повезло ему. Дважды.

Договорив, издаёт короткий смешок, а я наблюдаю за освобождённой блондой. Дойдёт до неё или нет?

Судя по короткому замешательству, девушка не совсем понимает логики, но зато потом уверенно наклоняется к карлику, поднимая его в воздух. А в глазах появляется задумчивость. Уже неплохо — глядишь, сама доберётся до мысли о том, что с нашими новыми знакомыми может быть что-то не так.

Поднимаю сумку, на этот раз забрасывая её себе на плечо. Потом беру в левую руку топор. Орудовать им одной конечностью точно не выйдет, но вот донести его я смогу.

Когда показываемся из-за деревьев, лучник слегка приподнимает оружие, делая шаг назад. Но успокаивается, как только видит появившегося за моей спиной копейщика. Хотя на меня всё равно пялится с изрядным удивлением.

Ещё один вооружённый луком мужчина стоит около пятёрки людей в комбинезонах. А с другой стороны поляны показывается ещё один копейщик. Значит условных местных, как минимум, пятеро. Возможно больше — рядом может крутиться ещё пара человек, приглядывающих за окрестностями.

— Как ты уделал стёртого голыми руками, парень?

Бросаю взгляд на задавшего вопрос лучника, мимо которого как раз прохожу.

— Повезло. Сам подставился.

Шагаю к тому самому бревну, около которого до сих пор лежит толстое копьё — как раз рядом с ним разместилась группа новоприбывших в комбинезонах. Попутно разглядываю местных.

На каждом одежда из звериных шкур. Штаны, куртка и что-то вроде мокасин на ногах. Но вот под куртками имеется что-то вроде рубах, сделанных из комбинезонов. На первый взгляд логично — если они появились тут точно так же как мы, то должны были как-то использовать одежду, которая была изначально. Правда, сразу же возникает вопрос — сколько времени они здесь провели? Если предположить, что речь идёт о годах — ткань должна была давно износиться. Тогда как их импровизированные рубахи выглядят не сказать, что новыми, но, как минимум, целыми.

Напалм им всем в глотку. Слишком сложно понять — говорит во мне паранойя или тут на самом деле что-то нечисто?

Приблизившись, окидываю взглядом тех, кого они подобрали. Четверо мужчин и одна девушка. Из первых сразу же выделяю двоих — один то и дело поглядывает на бритого лучника, щуря глаза и о чём-то размышляя. А второй косится в сторону лежащего рядом толстого копья Брена, тоже порой посматривая на местных.

Девушка же сидит чуть поодаль от остальных — разместилась прямо на траве, поджав под себя ноги. И с заметным интересом пялится на тесак в моей правой руке.