— Отменить это можно будет? Ну, переписать Систему?

— Да, но для этого потребуется получить доступ к этой башне, — лолька нахмурилась, явно не понимая к чему задаются вопросы.

Хе-хе.

Значит решим сразу несколько проблем одновременно.

— Значит начинай загрузку. Сейчас мы устроим самое глобальное злодейство в этом мире.

— Капитан, я не улавливаю логики…

— Потому что люди до сих пор превосходят искусственный интеллект, — многозначительно произнес я.

— Ничего, что я здесь? — уточнила Дари. — Не мешаю?

— Мешает только твое излишне скромное декольте, — отозвался я на понятном ей языке, указывая на грудь, которая едва ли не наполовину была освобождена из плена нечеловеческой кожи.

— Да как ты…?!

— Тише, девочка. Сейчас смотри и учись, как решают проблемы с монстрами элитные солдаты корпорации.

— … и ни один человек не в состоянии победить тебя и меня, — вещал блеющим голосом братан.

— Это точно, бра…

— Ки-я-я-я-я-я! — прозвучал резкий и незнакомый голос за спиной Бараша, после чего у него между ног появилась массивная черная нога.

— Бе-е-е-е-е-е-е-е-е-еольно-о-о-о-о-о! — братан схватился за причинное место, согнувшись в поясе.

И в следующую секунду мощный пинок перебросил его через перила, и Бараш с блеянием полетел вниз распахнутого зева центрального колодца, у которого грелись прохладной ночью, подрумянивая мясо прямо в воздухе предающиеся отдыху элитные бойцы их отряда.

Они проследили внимательно за полетом Бараша до середины башни, где ему удалось зацепиться за перила винтовой лестницы.

— Б-б-рат-т-тан! — заблеял он, глядя в воздух, услышав душераздирающий вой своего напарника.

Который мог говорить лишь о одном.

У Юниотавра уже имелись собственные проблемы.

И сейчас одноглазый циклоп, выронив собранную здесь из старья могучую секиру, лежал на боку, свесив голову с края колодца, свернувшись в позе эмбриона и тряся нижней челюстью, пока человек в странном черном доспехе все сильнее придавливал его одноглазого минотавра-младшего.

— Я пришел к тебе с приветом, — наклонившись вперед и перенося вес на топчущую ногу, к нему приблизилось ухмыляющееся лицо человека. — Чтоб сказать: «Конец не встанет!»…

— Капитан, — к нему приблизилась маленькая человеческая девочка с серьезным лицом и небесно-чистыми и невинными глазами. — Я, конечно, знала, что ты отбитый до самого костного мозга, но побеждать двух мутантов ударами по гениталиям…

— Насколько я беспринципна в достижении своих целей и уничтожении монстров любыми путями, но даже мне сейчас его жалко, — вторила ей молодая девушка в черных кожаных доспехах. — Капитан, у тебя вообще понятия о чести есть?

— Понятия — есть, чести для них — нет, — ответил улыбающихся мужчина. — Ну, что, говядинка, готов молить о пощаде? Или будешь в молчанку играть, пока я не сброшу тебя вниз, чтобы вы с Бараном перед зажаркой успели сказать друг другу последнее «Прости»?

— О, теперь поняла, — изрекла маленькая девочка. — Капитан, от имени Корпорации Зла хочу сказать, что ты абсолютно мерзкий и жестокий тип. Мы такого даже с американцами не вытворяли, а они-то заслужили по полной программе.

— О да, — ухмыльнулся человек в черных доспехах. — Я само зло во плоти. Ну так что, тушенка? Говорить начнешь, или полетаешь?

— Филипп, думаю ему тяжело говорить, пока ты давишь его… — девушка в черном покраснела. — В общем… Ты бы убрал ногу… А то там что-то побежало…

— Где?! — человек прекратил топтать источник появления новых юниотавров. — Ах ты ж, мать твою Буренку?! И после этого ты называешь себя солдатом Армии Монстров? Ты ж обоссался, как ниггер в компании ку-клукс-клановцев!

— Т-ты что за герой такой? — удивительно тонким, дрожащим, полным боли и утраты достоинства в глазах врага, голоском спросил Юниотавр.

— А? — у человека дернулся глаз. — Хренасебе! У меня есть все же суперспособность!

— Ударом по гениталиям расширяешь словарный запас? — уточнила маленькая, но отнюдь не добрая девочка.

— Да о таком даже Ванпачмен не мечтал!

— Это… Это… Даже мы, монстры, бич этого мира, не нападаем со спины и не бьем по яйцам! — запричитал Юниотавр.

— В смысле? — удивился человек. — Дари!

— Чего тебе, чудовище из чудовищ?!

— У вас что, и монстры бьются по правилам кодекса благородства?!