Убедившись, что в гробу никого не осталось, Ворот аккуратно закрыл крышку и поставил ящик возле Короны. Наруч, тем временем, достал мою винтовку из карты и кинул ее дылде. Тот ловко поймал оружие, повертел в одной руке, будто зубочистку и что-то одобрительно прохрипел. Пока остальные перебирали мою колоду, вернулся Пояс.

Толстяк где-то вырвал тяжелый каменный крест и сейчас тащил его, закинув на плечо, разбрасывая по пути комья земли.

— Сойдет, — пояснил Пояс.

— Все готовы? — спросила Анди. — Тогда начи… Наруч, а ты чего второй пистолет не берешь?

— Он без карты. Случай таскал его с собой зачем-то.

— Серьезно? — взгляд девушки вновь вернулся ко мне. — Зачем тебе оружие без карты? Ты же не сможешь им пользоваться.

— Обменяю его на защитный артефакт третьего ранга, — пояснил я. Раз уж решил говорить правду, то почему бы и не продолжить.

— Вроде не врет, — уверенно произнес Корона. Он что, тоже умеет читать по лицам или это какая-то способность?

— Пси… — Хотел было произнести Наруч, но вовремя поправился. — Странный, — А затем покосился на девушку.

— Ну, не пропадать же добру, — сделала вид, что не услышала Анди и взяла пистолет. А затем ее голос вновь изменился и стал таким низким и глубоким, что у меня волосы на голове встали дыбом. Даже пожухлая кладбищенская трава в миг иссохла. — Вечная госпожа, услышь зов своей жрицы, внемли нашей просьбе, одари нас своей милостью, дабы могли мы и дальше служить тебе до скончания всех времен.

Стало холодно. Но это был какой-то потусторонний холод, волной разошедшийся от хрупкой фигуры девушки, пробирающий до костей. Кажется, на кладбище в один момент стало гораздо темнее.

И из-за этого синее пламя, вспыхнувшее вокруг пяти фигур, выглядело очень ярко. Прямо на моих глазах четыре скелета и окровавленная девушка в один момент полыхнули, будто промасленные факелы. Этот огонь точно было видно на километры вокруг, но не похоже, будто бы он доставлял проблемы скелетам или самой жрице.

И именно от этого синего огня веяло могильным холодом. Светопреставление длилось несколько секунд, а затем огонь, словно живое существо, начал двигаться, втягиваясь в черепа скелетов через открытые челюсти и пустые глазницы.

Анди же огонь окутывал на манер плаща, который постепенно распадался на отдельные потоки, спадающие из головы вниз, будто это ее волосы внезапно отрасли до пят и пылали синим.

Пара секунд и остатки огня втянулись, опали, успокоились. На кладбище вновь посветлело, но перед нами стояли уже не те странные живые мумии в оборванных одеждах новичков.

Наруч был ближе всех ко мне и сейчас я видел все того же скелета, обтянутого кожей. Только одет он был в высокие темные сапоги, черные штаны и кроваво бордовую сорочку. На плечах черный плащ, а на голове широкополая шляпа.

Из-под плаща виднеются перевязи с торчащими кобурами, пока что пустыми. А в руке вместо того простенького пистолета с тремя спаянными стволами был настоящий громоздкий револьвер, только барабан был не коротким, а практически на всю длину ствола. Так что оружие выглядело как миниатюрный пулемет.

Рукава плаща были закатаны, а руки от локтей до запястий пылали синим огнем, которое действительно напоминало призрачные наручи.

Пояс стал одет в широки темные штаны и огромные сапоги, больше похожие на рыцарские, только из какого-то черного металла. Такой же широкий плащ и шляпа с мягкими полями. Могильный крест на его плече раздался в размерах, обзавелся металлическими кольцами на концах и множеством шипов.

Обширный живот толстяка охватывал широкий призрачный пояс из синего пламени, сквозь языки которого проступал символ черепа.

Рядом стоял Корона, который теперь походил на натурального лича из ролевых игр. Строгая мантия с множеством заклепок и ремешков. Факел, который он использовал для создания заклинания вокруг могилы, превратился в пылающий посох. Высокий ворот мантии казался сделанным из какого-то жесткого материала, кажется чей-то кости. А на голове скелета пылала огненная корона с острыми зубьями-языками пламени.

За его спиной виднелся тот самый гроб, который теперь был примотан к личу множеством пожелтевших бинтов. Кажется, гроб немного трясло, будто кто-то пытался вырваться из него, а сквозь щели сочился синий свет.

Последним был Ворот, который теперь стал похож на пугало для ворон. Весьма жуткое пугало. Будто на деревянный столб накинули старый рваный плащ с глубоким капюшоном и теперь непонятно, что скрывается под этим ворохом тряпья.

И только две вещи в этом облике выдают потустороннее существо. Синее сияние пламени, пробивающееся из-под капюшона. И тощая рука, полностью обмотанная темными бинтами, которая сжимает винтовку.