Калани вздрогнула. Потом мягко спросила:

– А что с Пири?

– Он тоже счастлив, – ответил Тимоти так резко, словно пытался вонзить нож сестре в грудь. – Он всегда хотел иметь духа зверя, и Желчь подарила ему одного. На самом деле, ему пришлось выбирать. Пири выбрал касатку – это здорово. Если бы у меня была возможность начать все сначала, я бы тоже выбрал такого зверя.

Голова эму склонилась еще ниже, и Конор почувствовал, как у него сердце обливается кровью от взгляда на когда-то гордую, независимую птицу.

– Так вон оно что, – проговорила Калани. – Теперь вы оба служите врагам, хотя они убили наших родителей.

Мгновение Тимоти стоял, опустив глаза. Он покачнулся, но затем пришел в себя и нахмурился.

– Отец и мать принадлежали старому миру, – проговорил Тимоти. – Король Рептилий все изменит. Он дарит силу связи с духом зверя каждому! Он объединяет континенты, а его армия…

Калани ударила его кулаком в лицо.

Это произошло внезапно, и удар оказался настолько сильным, что Конор даже не осознал случившегося, пока Тимоти не качнулся назад и не рухнул на землю.

– Ой! – вскрикнула в изумлении Абеке.

– Это заставит его помолчать некоторое время, – спокойно сказала Калани, встряхивая ушибленную руку. – Отвратного акульемордого предательского выродка медузы. – Она повернулась к страусу, который с тревогой касался Тимоти клювом, и мягко опустила ладонь на спину птице. – Мне так жаль, Уака. Ты хочешь… хочешь сбежать с нами? Обещаю, я о тебе позабочусь. Ты сможешь прятаться в нашей деревне столько, сколько захочешь.

Страус приподнял раненую лапу и проклекотал что-то, затем медленно сел рядом с Тимоти. Даже после того, что тот с ним сделал, дух зверя брата Калани не хотел его покидать.

Конор вытер влажные глаза. Он не мог вообразить, как человек, получивший дар связи с духом зверя, затем мог так жестоко с ним обращаться. Мальчик потянулся к холке Бриггана, желая успокоиться, и волк прильнул к нему, словно тоже нуждался в утешении.

– Нам лучше выбираться отсюда как можно скорее, – заметила Абеке. – Если захватчики могут читать мысли всех, кто пил Желчь, они должны знать, что мы сейчас здесь.

Калани кивнула и бросила на брата последний, полный страдания взгляд.

Потом она повернулась, чтобы забрать факел у Конора, и вскинула подбородок, как истинная королева.

– Надо исследовать еще много тоннелей, – объявила она.

Бригган тихо заворчал, и у Конора вдруг появилась идея.

– Когда он был Великим Зверем, – заговорил он, – Бриггана называли Следопытом. Может, у него есть… какие-то способности, чутье, которое поможет хотя бы сузить область поиска.

Мальчик нагнулся так, что оказался нос к носу с волком.

– Есть идеи? Пожалуйста, помоги нам, – прошептал Конор. – Нам надо использовать их прямо сейчас. Черная раковина – она вроде большущей морской ракушки. Она хотя бы здесь, в пещерах?

Бригган сел, ухмыляясь по-волчьи, и положил одну лапу поверх руки Конора на земле.

Конор прикрыл глаза и глубоко вдохнул. Он ждал появления образа в голове. Миновало долгое мгновение… и вдруг что-то новое привлекло его внимание.

Не образ… запах.

Совсем слабый, но отличающийся от прочих, влажных подземных запахов пещер.

Пахло глубоким океаном, большими древними морскими улитками, тихо ползущими по дну.

Он открыл глаза и встретил пристальный взгляд голубоглазого волка. Тот наклонил голову.

– Идемте туда. – Конор указал на узкий тоннель, откуда доносился запах.

Калани разомкнула губы, видимо, намереваясь возразить, но Абеке мягко дотронулась до ее плеча и кивнула Конору. Мальчик ощутил укол вины за прошлые подозрения. Абеке верила в него. И он обязан так же верить в нее.

Они оставили Тимоти и эму у ручья. Конор шел первым, стараясь двигаться быстрее, несмотря на скользкие камни под ногами. У развилки он втягивал в себя воздух некоторое время, потом почуял запах, который шел слева, и повел всех в том направлении.

Еще изгибы, еще повороты, еще больше темных, давящих на них пещерных стен. Конор надеялся, что Калани отмечает маршрут, поскольку сам он не представлял, каким образом они в итоге выберутся.

И затем неожиданно тоннель вывел их в маленькую, идеально круглую пещеру. Лунный свет проникал внутрь сверху через овальное отверстие в толще земли и освещал пространство. Другой тоннель вел прочь из пещеры, и в конце его Конор увидел мерцающее лунное сияние – путь наружу.

Но что более важно – в задней стене пещеры была высечена полка, а на полке покоилась, поблескивая в лучах лунного света, огромная черная раковина.