– В таком случае, как мне следует к вам обращаться?

Пожимаю плечом.

– По званию, по фамилии – как вам будет удобнее.

Улыбается ещё шире, хотя, казалось бы, куда еще более ширoко: такое чувство, что еще миг – и кожа на его лице просто треснет, как на перетянутом барабане.

– Значит, слухи не лгут, и вы предпочитаете, чтобы вас называли Морган.

Мое же лицо вытягивается. То есть он знал, что называть меня по имени не следует, но все равно проверил. Вдруг именно ему я это позволю? Вот это самомнение.

– В отношении меня слухи, как правило, правдивы, - сообщаю пpохладно.

Надеюсь, ему рассказали, что я бешеная стерва, которую лучше не выводить из себя лишний раз.

– Могу я присесть?
– спрашивает, а сам уже водрузил свою широкую пятерню на спинку гостевого кресла.

Наглый и самоуверенный – где-то я это уже видела. Кажется, у Рикардо появился достойный противник. Не зря же он сумел пошатнуть уверенность в себе даже у непрошибаемого Тайлера.

– Ну, раз уж вы уже пришли, – делаю приглашающий жест рукой.
– Присаживайтесь, - с готовностью принимает приглашение и замирает, очевидно, ждет, что я предложу ему чай или кофе, как это было бы любезно с моей стороны как хозяйки. Перебьется. – Мистер Ньюман, чем обязана? – вместо этого спрашиваю прямо.

– Зовите меня Лукас.

– Как скажете, - соглашаюсь и тут же перефразирую: – Лукас, зачем вы пришли?

– Познакомиться.

– Хм… Очень приятно.

Он и вправду мне не нравится. У этого человека очень фальшивая улыбка: она категорически не сочетается с выражением глаз.

Ньюман делает театральную паузу, затем вздыхает.

– Полагаю, вы уже в курсе предстоящих выборов и того, что главными конкурентами на них будут два кандидата.

Да ладно, все-таки не верю. Если он и конкурент Рикардо, то только по наглости и бахвальству.

– Вы самоуверенны, - откликаюсь.

– Не без этого, - ухмыляется, сочтя мои слова за комплимент. В общем-то, это был совсем не он, но да бог с ним: и с Ньюманом,и с комплиментом.

– Лукас, ближе к делу, пожалуйста, – красноречиво опускаю взгляд на разбрoсанные передо мной по всему столу бумаги.
– Я немного занята. Если бы вы предупредили меня о своем визите,то я непременно выделила бы для вас время.

Намек снова не понят: уходить гость не торопится.

– Как я уже говорил, я пришел познакомиться и уточнить, какова ваша позиция на предстоящих выборах. За кого вы планируете голосовать?

Угадай с трех раз, придурок.

Холодно улыбаюсь.

– Мне кажется, моя позиция предельно ясна.

А теперь светлые глаза под густыми рыжими бровями превращаются в щелки.

– Тайлер.

– Он самый, - киваю.

Не думает же Ньюман переманить меня на свою сторону мифическими бесплатными обедами в школах?

– Так я и предполагал, - горестно качает головой. – И мне бы хотелось это изменить, - да неужели?
– Вы, Морган, персона публичная. Вы – знамениты, о вас говорят, на вас смотрят… – меня ненавидят и боятся, он забыл упомянуть.
– Уверен, ваша поддержка принесла бы мне не одну сотню голосов. Сколько студентов сейчас учится в ЛЛА? Не сомневаюсь, все они взяли бы с вас пример и проголосовали бы правильно.

Правильно – глядите-ка. Самомнение уровня «бог».

– Они и проголосуют правильно, – соглашаюсь.
– Как им велит сердце, - улыбаюсь, не скрывая издевки.

– И все же, – не сдается курносый визитер, - я бы хотел заручиться поддержкой Совета ?кадемии.

Рикардо – главный спонсор ЛЛА. Хоть и неoфициально, но тут все решает он. Неслыханная самонадеянность – пытаться перекупить ?кадемию у Тайлера. Во-первых, страшно дорого, во-вторых, тот вцепится в нее зубами и не отдаст.

– Хорошо, - неожиданно «добрею»; переплетаю пальцы на столешнице и чуть подаюсь вперед, поближе к собеседнику. – Вы уже гoворили с остальными членами совета? С Оливером Ноланом? Клариссой Снич? Я член Совета Академии, но не его глава.

– Тем не менее только вы одна близко контактируете со студентами. Они пойдут за вами.

Хм, а это идея. Завтра же велю повнсить в аудитории портрет Рикардо Тайлера с каким-нибудь зычным лозунгом.

Как же я терпеть не могу, когда на меня давят.

– Скажем так, – Ньюман подается к столу, берет карандаш и, даже не подумав спросить разрешения, что-то пишет на оборотной стороне одного из моих документов. Я взбешена, честное слово. – Вот, – поворачивает ко мне листок. Смотрю на число с кучей нулей, вопросительно приподнимаю брови. – Это сумма, которую я готов вложить в ЛЛА в случае вашей гарантированной поддержки моей кандидатуры. Этo новое оборудование, увеличение заработной платы сотрудникам, рост стипендий… – перечисляет, смакуя каждое свое слово и победно загибая корoткие, едва ли не квадратные пальцы.