– Жизнь случилась, - отзывается Тайлер, поднимая руки и демонстрируя, что в каждой из его ладоней зажато по две бутылки чего-то явно алкогольного.
– Парни заночуют на твоем газоне? – задает, по сути, риторический вопрос и ногой захлопывает дверь. – Ну, женщина, помоги, что ли? Чего стоишь?

И впихивает мне в руки две бутылки из принесенных четыреx.

***

Дом спит. Свет дают только уличные фонари.

Сидим в темном холле прямо на полу у стены. В руке у каждого – по бутылке. До бокалов так и не дошло. Да и зачем они нам? По первой бутылке ушло очень быстро, вторые тянутся уже дольше.

– Лу нашли?
– спрашиваю.

Рикардо совсем рядом, почти касается моего плеча своим. Поворачиваюсь в его сторону и вижу в свете, падающем из незашторенных окон, что он откинул голову назад и сидит, опершись затылком о стену и прикрыв глаза.

– Я велел прекратить поиски, – отвечает глухо.

– Почему?

– А что мне даст, если я притащу ее за волосы на Лондор и отправлю в камеру смертников?

– Ты стал на редкость сентиментальным, - высказываюсь. Какие-то десять лет назад именно так Рикардо и поступил бы: притащил бы и передал правосудию.

– Или безразличным, - усмехается.
– Пусть бежит. Никакими особыми сведениями она не располагает. Ну, знает пару номеров неофициальных счетов. Но я уже перевел с них средства в другое место. Знает расписание моих встреч, распорядок моего дня, что я люблю в постели...

– Фу, давай без подробностей, - морщусь.

– … Так эти сведения дорого не продашь. Кому они нужны? Скoро инаугурация – поздно доставать мое грязное белье.

– И все-таки ты размяк, – усмехаюсь и толкаю Тайлера в плечо рукой с зажатым в ладони горлышком бутылки.

– Старею, - не спорит.
– Но горе моим врагам! – торжественно приподнимает свою бутыль. Со звоном чокаемся пузатыми боками, пьем.

– И все-таки, ты ее любил? – спрашиваю после непродолжительного молчания.
– Не думал, что если бы ты вовремя женился на ней, ничего этого бы не было?

– Я к ней привык, – отвечает Рикардо, поразмыслив. – Любовь это или нет – кто его знает. А что не женился – и хорошо. Человек либо предатель по натуре, либо нет. Не выкинула бы номер сейчас, отличилась бы при других обстоятельствах.

– Интересная теория, - отзываюсь, снова подношу горлышко бутылки к губам и делаю большой глоток.
– Либо предатель, либо нет…

– Ага, - поддакивает Тайлер. – Вот ты, например, не предатель. Ты глупая женщина.

Превосходная оценка моей личности.

– Ну спасибо, – наверное, я слишком пьяна, потому что мне ни капельки не обидно.

Смеюсь и делаю новый глоток. Не пила, кажется, тысячу лет. Немного легче – отпускает.

Тихо и спокойно, и с Рикардо под боком почему-то хорошо. Потому что, каким бы говнюком Тайлер порой ни был, он тоже не предатель, и он всегда рядом, что бы ни было, все последние четырнадцать лет.

– Ты знаешь, что твоего ?игана обвиняют в терроризме?
– вдруг заговаривает Рикардо.

Вздрагиваю; даже пропускаю мимо ушей притяжательное местоимение по отношению к Джейсону.

– Как это – терроризм?
– не понимаю.
– За что?

Тайлер разводит руками, тем не менее не выпуская бутыль.

– Якобы это он пытался убить студентов на лайнере.

– Но это же бред! – громко и возмущенно восклицаю и тут же затыкаю себе рот ладoнью, пока не перебудила весь дом.
– Это бред, – повторяю тише, но все так же уверенно.

Рикардо косится в мою сторону – вижу, как в темноте блестят его глаза.

– А разве ты не давала ему высший доступ ко всем помещениям на лайнере? А потом так удачно oпущенная переборка, спасшая ситуацию… – недоговаривает и многозначительно замолкает.

Бог ты мой, все ведь действительно звучит очень складно. Со стороны. Но я была там и знаю, как все происходило на самом деле.

– Отрезать первую палубу было лишь его предложением. Просто предположение, – объясняю. – Джейс не настаивал. Я могла отказаться.

Рикардо хмыкает.

– ? доступ? Как он его у тебя выманил? И какого черта ты вообще его ему дала? Другие женщины в постели стонут, а ты выкрикиваешь коды доступа? Или у тебя на заднице считывающая отпечатки ладони панель?

– Да пошел ты, – бурчу. – Была причина… – и обрываюсь. Рассказать о Рисе? Подставить? Когда я сама затащила его в наш проклятый «круиз». Я все еще зла на него, но навредить не готова.

Тайлер что-то читает в моем молчании.

– Кого-то покрываешь, - делает безошибочный вывод. – Говори уж. Я сегодня добрый. Обещаю тебе амнистию всем, в чьих грехах ты признаешься. Так что колись.