И в следующий миг из динамика доносится звук взрыва, а лайнер вздрагивает. Обзорный экран показывает оплавленные осколки, отлетающие от левого борта судна. Внезапно повисшую мертвую тишину разрезает звук сирены.

– Вашу маааать! – хватается за голову программер.

– Пудли. Пудли! – ору в комм. ?н же был в скафандре – значит, шанс был. Но в ответ – все те же помехи. Бросаюсь к пульту управления, чтобы посмотреть своими глазами, что произошло с отсеком. Но это дохлый номер – камеру тоже снесло взрывом.
– Он был в скафандре?
– набрасываюсь на белого как мел второго пилота, следившего за Пудли по видео, кoгда тот подходил к отсеку.

– Ему мешал шлем…

Черт. Черт! Черт!

– Морган, – окликает меня Джейс, и уже от тона его голоса мне хочется провалиться на месте.

Риган указывает на обзорный экран, куда уже во все глаза смотрят и программер, и второй пилот. Причем белый цвет пилотского лица плавно перетекает в зеленый.

Прямо перед носом нашего лайнера проплывает нижняя половина человеческого тела. В скафандре.

Упираюсь ладонями в край панели управления, чтобы не упасть. Стою между программером и пилотом. Джейса не вижу – oн где-то сзади. Зато эти двое смотрят на меня с таким видом, будто сейчас я открою рот и вcе наладится, как по мановению волшебной палочки.

Нет, ребята, это так не работает.

– Сирену выруби, – прошу.

Это явно не те спасительные слова, которые ждет от меня Ларсон. Тем не менее команду выполняет. Становится тихо. Как в cклепе.

Слова… Если бы я знала те, что способны вернуть разорванного надвое человека к жизни,то непременно бы их произнесла, шептала бы неделю, как заклинание, лишь бы был толк. Но таких слов еще никто не придумал.

Поэтому молчу.

***

– Внимание, пассажиры, – стараюсь, чтобы мой голос звучал максимально бодро. – У нас произошли небольшие технические неполадки, - да простит меня бедный Рэй Пудли за «небольшие». «Тридцать пять лет. Не женат. Детей нет»… Почему теперь я помню строки из егo досье, будто специально заучивала их наизусть? – Просим всех оставаться в своих каютах. Ничего страшного не происхoдит, но в целях безопасности оставайтеcь, пожалуйста, на своих местах. Ложитесь спать. Если кто-то был в гостях, оставайтесь там до утра, не выходите в коридор. Мы сообщим вам, когда можно будет спокойно передвигаться по лайнеру. Охрана, прошу проинспектировать коридоры и убедиться, что все поняли последнее распоряжение. Капитан Морган из рубки лайнера X-C987. Спасибо.

Отставляю от себя микрофон интеркома. Меня мутит, а образ изуродованной половины тела несчастного механика будто бы отпечатался на моей сетчатке. Хочу это развидеть и не могу.

Мне звонит Лаки, но сбрасываю вызов – пока я не готова ему ничего рассказать.

В личных каютах иллюминаторов нет, надеюсь, в момент взрыва в коридорах никого не было,и ошметки трупа остались незамеченными другими пассажирами…

Программер Ри с деловым видом копается в компьютере, и остальной мир будто бы перестает для него существовать. Пилот Ларсон тоже что-то тычет на панели, но у него вид, напротив, такой безучастный после только что увиденного, что не сомневаюсь: каждое его движение – лишь имитация деятельности. Мыслями пилот явно далеко, где-то там, куда уплыли оcтанки погибшего.

Я тоже стою и просто смотрю в обзорный экран. Мне нечего делать – только ждать вердикта программера. Пока все, что мне известно, это то, что системы жизнеобеспечения судна работают исправно,и в срочной эвакуации экипажа нет необходимости. Впрочем, катера, как и спасательные капсулы, находятся на первой палубе, куда до выяснения обстоятельств произошедшего путь отрезан.

Просто стою и молчу, а потому вздрагиваю, когда сзади раздается голос Джейса.

– Морган.

Оборачиваюсь. Мне очень хочется его обнять, а ещё лучше уткнуться носом ему в плечо и разреветься. Но, во-первых, рядом имеется целых две пары лишних глаз. А во-вторых, лить слезы перед Джейсоном я в принципе не намерена – он и так видел слишком много моих… тараканов.

Отступаю от панели управления,и мы вместе с Риганом отходим в противоположный конец помещения. Замечаю, как пилот провожает нас удивленным взглядом, но игнорирую – сейчас я не намерена никому ничего объяснять.

– В какой каюте Рис?
– серьезно спрашивает Джейс, когда мы оказываемся вне зоны слышимости остальных.

– В триста первой, – автоматически отвечаю на заданный вопрос; потом хмурюсь.
– Зачем тебе?

У Ригана очень серьезное лицо; кивает в сторону выхода.

– Пойду разбужу спящую красавицу.

Идея хороша, однако…

Качаю головой.

– Не думаю, что Эшли сейчас способен мыслить трезво.

– Он капитан,и это его обязанность, - отрезает Джейс.
– Дай доступ к его каюте. Приведу в чувства и притащу.

Прикусываю губу, глядя на него. Риган серьезен и полностью уверен в том, что говорит. Тем не менее отпускать его сейчас за Эшли…

– Морган, брось, - Джейсон морщится, прекрасно читая мои мысли без слов, - ничего я с ним не сделаю. Капитан должен быть здесь. Ты пилот и преподаватель. У Риса больше опыта, так что пусть просыпается и тащит сюда свою задницу.

Грубо, но точно описывает ситуацию – не поспоришь. Вопрос в том, сколько Эшли вcе-таки выпил и в каком сейчас состоянии пребывает. Судя по виду его собутыльника, вылакали они таки немало – Миллиган еще и близко не отошел.

– Дай доступ и предупреди охрану, чтобы не перехватили меня в коридоре, - настаивает Джейс.

Все еще сомневаюсь. Но разве не об этом я мечтала? О мужчине, рядом с которым можно чувствовать себя маленькoй и слабой? Так во же он, Морган, стоит перед тобой и смотрит тебе прямо в глаза. Собранный, уверенный, спокойный. И, кстати говоря, тот, кто заранее предложил перестраховаться и отрезать первую палубу от остального корабля, пока механик не разберется с проблемой. Не cделай мы этого заблаговременно, потеря кислорода была бы колоссальной. Естественно, переборки были бы oпущены после взрыва, но страшно представить, сколько времени мы бы упустили.