Лично мне наблюдать за шахматными баталиями уже надоело, так что я вежливо отказался от предложения, вернулся в свою каюту и растянулся на кровати, пытаясь сложить воедино все фрагменты уходящего дня.

Назвать ожидавшую нас командировку чрезмерно сложной у меня не поворачивался язык — судя по недавнему брифингу, разговору с капитаном и отсутствию серьезной подготовки, на этот раз все сводилось к банальной рутине. Однако рассчитывать на легкую прогулку тоже было нельзя — наличие в команде психологически неустойчивой девушки, а также чересчур экспрессивного гражданского консультанта порождало огромное поле для случайностей, ошибок и просчетов. Избавиться от них на данном этапе не представлялось возможным.

Я несколько минут думал о том, почему эти соображения прошли мимо куратора, а затем сообразил, что подготовительный этап уже стартовал, все мы находимся на своеобразном карантине и каждый наш шаг тщательно анализируется внешними наблюдателями. Думаю, именно поэтому выданная майором информация оказалась настолько скупой, а какие-либо инструкции отсутствовали в принципе — зачем делиться секретными данными с теми, кто уже совсем скоро может вернуться обратно на планету?

Немного порадовавшись собственной догадливости, я решил что в данной ситуации лучше всего вести себя как можно спокойнее и не совершать излишне глупых поступков, после чего запросил в сети развернутую справку о системе Ориона.

Конечной точкой нашего маршрута являлась ничем не примечательная планета, которая вращалась вокруг такого же стандартного желтого карлика. Масса ее слегка превышала земную, климат отличался стабильностью, повышенной засушливостью и наличием крайне ограниченного числа пригодных для жизни зон, однако серьезные угрозы там отсутствовали, а экваториальный пояс выглядел вполне комфортным местом для основания колонии. Собственно говоря, именно на экваторе Ориона-четыре сконцентрировались все крупные поселения, а также различного рода фермы, заводы и прочие значимые инфраструктурные единицы.

Я попытался вникнуть в экономическую модель нового для себя государства, но быстро понял, что имею дело с классическим периферийным миром, все время балансирующим на грани полной нищеты и старающимся от этой самой грани хоть как-то отодвинуться. Этим обстоятельством уже воспользовался Альянс, им же собиралась воспользоваться Федерация — наш горнодобывающий комплекс вполне мог вывести существование бывшей земной колонии на качественно иной уровень просто за счет экспорта редких элементов ближайшим соседям, а также глобального увеличения товарооборота.

Личность бессменного президента этого новообразования вызывала чуточку больший интерес — несмотря на то, что в системе царила обычная для таких случаев авторитарная диктатура. господин Иолан Че проявлял исключительную мудрость, стараясь по мере сил заботиться о гражданах страны и тем самым исподволь укрепляя собственную власть. Благодаря этому политическая обстановка оставалась стабильной уже на протяжении двух десятков лет, а угроза внезапной революции отсутствовала в принципе.

Обычная звездная система, обычная депрессивная колония, ничего экстраординарного.

Придя к этому выводу, я закрыл статью, включил звуки тропического леса, разделся и попытался заснуть. В голове мелькнула неожиданно радостная мысль о том, что выпускные экзамены скорее всего действительно пройдут мимо меня, затем на ум пришли оставшиеся на планете товарищи, я вспомнил о теории временных парадоксов, стал оценивать риск темпорального сдвига, но именно в этот момент мозг предпочел отключиться, распахнув передо мной наполненную мириадами звезд бездну.

Следующие двое суток прошли размеренно и неторопливо — я гулял по станции, играл в шахматы, наблюдал за поведением гражданских, читал новостные сводки и терпеливо ждал того момента, когда начальство решит дать старт новому этапу миссии. В конце концов это случилось — мне пришло уведомление о намеченной встрече, а спустя десять минут в конференц-зале собрались все без исключения члены команды. Явилась даже Люси Кройц.

— Через час нас отсюда заберут, — сообщил майор Петров, убедившись, что группа в сборе. — Сразу после этого включится повышенный режим секретности и любые контакты с поверхностью станут недоступны. Рекомендую потратить это время с пользой. У кого-нибудь есть замечания или предложения? Ларс?

— Нет, я уже обо всем рассказал.

— Люси?

— Не знала, что у меня есть право голоса.

— Разумеется, есть.

— Я воздержусь.

— Хорошо. Тогда общий сбор через пятьдесят пять минут в грузовом терминале.

За оставшееся время я успел пообедать, собрать вещи, а также записать короткое сообщение для родителей. Раскрывать подробности нашей миссии было нельзя, пришлось ограничиваться общими фразами, так что письмо получилось каким-то скомканным и неубедительным. Впрочем, сочинение длинных и трогательных текстов всегда являлось для меня проблемой.

Файл отправился в сеть, я закинул на плечо сумку и вышел в коридор, чувствуя смесь облегчения и тревоги. Нудное ожидание подошло к своему логическому завершению, впереди маячила самая настоящая работа, но вот был ли я к ней готов?