Ближайшие два часа оказались посвящены сугубо административной работе — мне пришлось встретиться с командой инженеров и ввести их в курс дела, выслушать доклады о состоянии техники, связаться с Кристенсеном, подтвердить график развертывания комплекса, добиться подключения к местной сети, проверить работу выданных команде коммуникаторов и решить еще кучу мелких вопросов. Алиса какое-то время дисциплинированно ждала меня в челноке, но затем все же выбралась наружу и присоединилась к процессу, с интересом рассматривая комплекс, а также внимательно прислушиваясь к нашим разговорам. Техники восприняли ее появление с заметным удивлением, однако воздержались от каких-либо комментариев, рассудив, что начальству в любом случае виднее.

— Думаю, больше вопросов нет, господин Рейли. Завтра утром начнем развертку, через пару недель уберем модуль и все будет готово.

— Если что, связывайтесь со мной. Шеф наверняка будет занят.

— Без проблем.

— Если будут лезть журналисты, просто игнорируйте. Полиция должна разобраться.

— Не беспокойтесь, мы знаем протокол.

— Ладно. Надеюсь, все будет хорошо.

Мы отправились домой уже вечером, когда на окрестности спустились густые прохладные сумерки. Центральная звезда системы давно ушла за горизонт, небо по-прежнему затягивали плотные облака и Орион-четыре внезапно предстал передо мной в своем истинном облике пустынной и не слишком-то пригодной для жизни планеты. Осознание этого факта нагоняло тоску, вызывая острое желание как можно скорее вернуться в лоно цивилизации.

— Кажется, ты говорил о бутербродах, — решила поднять еще одну актуальную тему затаившаяся в своем кресле девушка. — Предложение в силе?

— Конечно. Сейчас траекторию задам и перекусим.

Ужин прошел достаточно скучно. Я предусмотрительно поднял челнок выше линии туч и дал спутнице возможность полюбоваться раскрашенным в закатный багрянец облачным морем, но хотя это зрелище было довольно-таки красивым, усталость не позволила нам в полной мере им насладиться — мы неторопливо жевали подсохшую еду, рассматривали бесконечную оранжево-красную пелену и молчали. Не знаю, о чем думала Алиса, но у меня в голове крутились самые разные варианты завершения вечера — я до сих пор не решил, стоит ли форсировать события.

Наверное, определенный смысл в этом все же был.

— Ты на машине?

— Нет, — девушка отложила в сторону недоеденное суфле и аккуратно промокнула губы салфеткой. — Соседка в порт ехала, удачно вышло.

— Если хочешь, могу до дома подвезти.

— Было бы замечательно.

— Родные беспокоиться не будут, что ты так долго где-то катаешься?

— Так папа же улетел, — пожала плечами собеседница. — А мама в другом городе живет.

— Ясно.

Возвращение в Аликанте прошло буднично и скучно. Я довел челнок до освещенного яркими огнями космопорта, загнал его в нужный ангар, установил дипломатические пломбы, после чего вместе с Алисой направился к выходу из частного терминала. Дежурные администраторы проводили нас вежливыми улыбками, а когда мы оказались на улице, рядом сразу же остановился знакомый черный кар — Джошуа по-прежнему идеально выполнял свою работу, неустанно заботясь о комфорте высокопоставленных гостей.

— Садись, — предложил я, открывая дверь. — И рассказывай, куда ехать.

— На Цветной бульвар. Шестнадцатый дом.

— Едем на Цветной бульвар, шестнадцать.

— Как скажете, — откликнулся водитель. — Мы торопимся?

— Нет, без спешки.

Отделявшая пассажирский салон шторка поднялась, а еще через секунду машина плавно сдвинулась с места. Я бросил взгляд на девушку и заметил, что она выглядит непривычно серьезной — похоже, именно сейчас ей требовалось решить ту же самую задачу, которую я решал во время полета. Причем, вариантов у нее по умолчанию было гораздо меньше, чем у меня.

— О чем думаешь?

— Да так, — Алиса поправила рукав пиджака и зевнула, прикрыв рот ладошкой. — Хотела сказать большое спасибо за поездку. Очень увлекательно.

— Рад, что тебе понравилось. Надеюсь, в Президентской галерее тоже найдется, что посмотреть.

— Ты действительно любишь картины?

— Ну, я все-таки дилетант. Но увлекающийся.

— Тогда обязательно сходим, когда у тебя будет время.

— Договорились.

За окном промелькнула цепочка фонарей, их сменило аляповатое здание какого-то развлекательного центра, а затем вокруг нас сомкнулся лес. Самый настоящий лес с самыми настоящими вековыми деревьями.

— Европейский парк, — ответила девушка на мой невысказанный вопрос. — Если верить ученым, здесь собраны те растения, которые были привезены из Англии.

— Это далеко от центра? Я еще плохо ориентируюсь.

— Не очень.

Темные заросли сменились вполне обычными городскими кварталами, затем машина свернула в лабиринт аккуратных переулков и Алиса наконец-то решилась:

— Не хочешь заглянуть в гости? Угощу тебя домашними булочками. А еще покажу свои попытки стать великой художницей.

— Звучит интригующе. Особенно булочки.

— Я хорошо готовлю, — с оттенком гордости сообщила моя будущая любовница. — У нас есть репликаторы, но обычная еда всегда лучше.

— Даже не спорю.

— Ты больше любишь чай или кофе?

— Если с булочками, то лучше чай. Наверное.

Спустя еще несколько минут машина остановилась возле небольшого трехэтажного здания, а мне в голову пришла весьма неприятная мысль — я вспомнил, что вербовка молодого дипломата могла быть осуществлена не только через постель, но и с помощью банальнейшего компромата. Временная потеря сознания, водитель, решивший проведать своего клиента и нашедший его рядом с только что убитой девушкой, жалкие попытки оправдаться, мольбы о помощи, торг, согласие работать на местные спецслужбы — такая схема являлась неувядающей классикой и сбрасывать ее со счетов было нельзя. К сожалению, раньше этот вариант ко мне в голову не приходил — то ли из-за отсутствия опыта, то ли из-за предвкушения чего-то гораздо более приятного.