— Мы уже перестали на что-либо надеяться, а ты все не появлялся. Как же мне было страшно…

— И за себя, и за будущего ребенка, — Сиарис непроизвольно погладила свой животик. — Когда ты наконец пришел, добивали последних наших воинов. Прямо перед нашими покоями.

— Спасибо тебе, мы с мужем этого не забудем. Поверь, Кроносы умеют быть благодарными, — Сиарис все-таки не сдержала слезы, но быстро их смахнула платочком.

— Перестань, Сиа! Я совсем не за этим разговор завел, — мне кажется, я покраснел.

Стало ужасно неудобно от того, куда свернул наш разговор. Было похоже на «подводку» к тому, чтобы вызвать чувство благодарности и долга к человеку, выполнившему трудное и важное дело. С кем угодно это было бы нормальным (мы ведь не при Утопии живем), но только не с близкими людьми. А Сиа, несомненно, относилась к этой категории.

— Когда я был никем, ты предложила мне свое покровительство. Не обговаривала никаких условий, не искала выгоды. Просто сказала, что когда мне понадобится, я всегда найду у вас с мужем и укрытие, и службу, и место для жизни, — если честно, я разволновался, как подросток. — Думаешь, я тот человек, который может такое забыть?

Мы молча прошли еще несколько метров.

— Извини, что раньше не смог прийти. Но я спешил, как мог, — тихо сказал я баронессе.

— Я все понимаю, просто очень испугалась, — ответила Сиарис.

Сейчас Сиа выглядела как маленькая девочка. Захотелось ее обнять, погладить по голове и успокоить, как младшенькую сестренку, которой у меня никогда не было. Но позволить себе я этого не могу, вокруг слишком много чужих глаз.

А как наше поведение будут интерпретировать, я не знаю. Но скорее всего, не как брата и сестры. Здесь у каждого первого надо рот с мылом мыть. Обычно оттуда такая грязь льется…

— Ладно, не куксись! — я показательно взбодрился. — Главное, ты знаешь, если кто-то тебя обидит, у тебя на варварском Севере есть злой и невоспитанный брат. Он придет и сделает всем больно и страшно. До такой степени, что придется стирать штанишки.

Я сделал свирепое лицо бабуина в период гона и Сиа, прикрыв ладошкой лицо, захихикала. Ну вот, настроение у девчонки немного исправил. Кто молодец? Я молодец!

— Второе, о чем я хотел поговорить, это о твоем муже и экономических и других выгодах от соседства наших баронств, — несколько сумбурно начал я.

— О чем ты? Я не совсем понимаю, — удивленно посмотрела на меня Сиарис.

— Ну, ты же знаешь, что у нас организованы встречные поставки различных товаров?

— Конечно.

— Вот! И они выгодны для обоих баронств. На этом зарабатывают и Аристи, и Кронос. Еще у нас сложились предпосылки и к военному сотрудничеству. Опять же, на благо обоих баронств. Но, понимаешь, твой муж…, — я замялся, подбирая слова.

— Ты можешь проще говорить? И чем тебе мой муж не хорош? — построжело лицо баронессы.

— Да всем хорош! — я махнул рукой. — Ты просто недослушала. Не поняла, о чем я речь веду.

— Так выражайся яснее.

— Хех… Короче, всем твой муж хорош, — я успокаивающе поднял ладони. — Знаю, что смел в сражении и ума достаточно. Но, мягковат у него характер.

— Не в том смысле, что трусоват, а слишком добрый, что ли…, — попытался я донести свою мысль до Сии.

— Я это знаю не хуже тебя, это все-таки мой муж, а не твой.

— Слава Предкам, — пробурчал я себе под нос.

— Что?

— Говорю, что у тебя характер тверже, чем у Бедрича. И будет здорово, если ты возьмешь вопросы, связанные с взаимоотношениями наших феодов, под свой контроль, — и я правда именно так и считаю. — Чтобы кто-то посторонний не смог на него «надавить», переубедить его изменить отношение к Аристи.

— Подсказывать и направлять. Конечно, не умаляя достоинства твоего мужа, — я подумал, что можно подсказать Сии. — Можно это мотивировать тем, что Аристи — твоя Родина и ты лучше знаешь, кто там что из себя представляет и как все устроено.

— Ха! Давай, ты не будешь меня учить с мужем разговаривать? — с превосходством посмотрела на меня Сиарис и я снова успокаивающе поднял руки.

— Не беспокойся, поняла я, что тебя волнует, — лицо молодой женщины приняло серьезное выражение. — И согласна с тобой, что так будет лучше для всех.

— Я понимаю, что у тебя будет непростой период, связанный с рождением ребенка, — забубнил я. — И в это время будет трудно…

— Ой, все! Замолчи уже, «понимальщик трудных периодов»! — насмешливо улыбнулась Сиа. — Говорю же, что присмотрю.