Конец коридора она увидела издалека. И подумала, что успела бы затормозить трижды, потому что в конце была темнота, которую невозможно не заметить.

Медянка плавно подъехала и спрыгнула с доски в нескольких метрах от Провала. Оставшуюся часть прошла пешком. Последние два метра так вообще почти заставляла себя идти. И не заставила. В конце улеглась животом на пол и последние полметра проползла.

Ага. Коридор и правда просто заканчивался, да ещё неровно, будто его взяли и оборвали, как макаронину. Провода и трубы, кстати, торчали вокруг, как ёршик, частично свисая в Провал. Медянка осмотрела стены. Похоже, провода и трубы там, внутри. Может на протяжении всего коридора. Ну, провода нужны, они питают электричеством лампы, это логично. А трубы? Зачем тут трубы?

Вентиляция? Но трубы слишком тонкие.

Медянка так и не придумала, зачем они. Не для воды же, в самом деле!

Или… для газа?

Хм.

В Провал заглядывать было страшно. Закружилась голова и Медянке даже показалось, что она становится какой-то лёгкой и вот-вот пропадёт. Истает, как кусочек снега.

Но она всё же собралась с силами и заглянула вниз. Ничего нового. Нагромождение странных предметов, переплетение труб, верёвок, мусора и железных балок, которые теряются в глубине.

А на той стороне? Да, Вольф прав. Хотя зрение у него, похоже, лучше, чем у Медянки, потому что она видела только пятна. Но вот то ровное пятно напротив полностью повторяло очертания коридора.

И правда, казалось, что часть здания просто обвалилась, утащив за собой всё что было на поверхности и внутри. И получился Провал.

Одно точно — тут выхода нет. Нужно проверять другую сторону коридора.

Медянка отползла от края, встала, отряхнулась, запрыгнула на доску и полетела обратно.

Теперь она была ещё осторожней. Если большую дыру видно издалека, то небольшого человека разглядеть сложнее. Она не хотела бы сбить Вольфа.

Обратная дорога показалась ей не такой приятной. Наверное, потому что она только и делала, что до рези в глазах следила за тем, что впереди.

Вольфа она заметила заранее и легко остановилась.

— А ты здорово управляешься. Как будто это не моя доска, а твоя. — Сказал Вольф, который внимательно наблюдал за её маневрами.

— Это потому что доска послушная. Я бы тоже такую хотела.

Медянка спрыгнула и посмотрела себе за спину.

— Ну и как тебе?

— Что? Полёт?

— Коридор.

— А… он заканчивается обрывом, как ты и сказал. И эти трубы… Получается, они в стенах. Но зачем они?

Вольф пожал плечами.

— Думаешь, это неважно?

— Ну да. Трубы и трубы.

— Но вдруг они… для ядовитого дыма?

— А вдруг нет? Думаешь, стоит заморачиваться ради каждого “вдруг”?

— Ладно. Ты прав. Забудь.

Медянка снова замолчала и не знала, что сказать. И снова почувствовала себя неловко. Но ей не хотелось уходить.

— Пошли обратно? — Спросил Вольф. — Посмотрим, что с той стороны коридора.

— Пошли.

Он подхватил свою доску и они пошли навстречу к остальной команде.

— Как ты поняла, что проход где-то в полу? — Спросил Вольф.

— Просто подумала, что больше мест не осталось. Не в Провале же.

— Почему не в лабиринте?

— Ну… на самом деле и в лабиринте мог быть. А если совсем честно — ничего я не понимала. Лезла просто везде и всё. Просто я везучая.

— Правда?

— Да. Вроде.

Медянка нахмурилась, но сильно задуматься не успела.

— Тогда я, наверное, тоже. Везучий.

— А ты почему?

— Потому что ты с нами.

Медянка чуть не споткнулась. Вольф её поддержал.

— Что с тобой?

Что? Медянка смотрела на него и не знала, как ответить. Я в тебя влюбилась? Как многие другие? И теперь думаю только о том, что хочу быть с тобой рядом? Даже чтобы просто смотреть на тебя, вот так, как сейчас? Просто говорить, неважно о чём?

— Ничего.

— Ты… — Он стал серьёзным, сосредоточенным. Смотрелось так мило. — Не хотела бы… — Он нахмурил лоб и сглотнул. Потом побелел.

— Не думай! — Медянка схватила его за рукав и потрясла. — Слышишь? Не думай!

— Я не могу не думать. Когда тебя вижу.

— Тогда я уеду.

Медянка покосилась на доску, которую Вольф нёс под мышкой.

— Хочешь ещё покататься?

— Да. Да! Хочу.

Он молча положил доску на землю.

— Ты не против? — Спросила Медянка.