В 1935 году в СССР было введено высшее воинское звание «Маршал Советского Союза». Его получили Василий Константинович Блюхер, Семён Михайлович Будённый, Климент Ефремович Ворошилов, Александр Ильич Егоров, Михаил Николаевич Тухачевский. Ворошилова среди них сразу выделили, его стали называть «Первый маршал».

В 1930-е годы Сталин уже слыл Хозяином страны, и Ворошилов был под полным его влиянием. Он входил в самое ближайшее окружение вождя, считался его другом.

Теперь, наверное, были основания говорить о том, что авторитет Ворошилова раздувался тоталитарной агитацией.

От порога сторожевой будки до колеи «железки» — саженей десять, не больше.

Будка взгромоздилась на косогоре, внизу проходила Екатерининская железная дорога — участок между станцией Переездная и разъездом Волчеяровка. Неподалёку раскинулись сёла Бахмутского уезда Екатеринославской губернии, ближе всех Верхнее, Боровское, возле них протекала река Северский Донец.

Будка разделялась на две половины. Одна отводилась под всякий инвентарь, считалась технической, другая жилая — с окном, печкой — комнатка три на три метра.

В 1880—1881 годах на железнодорожной ветке Переездная — Волчеяровка путевым обходчиком работал Ефрем Андреевич Ворошилов. 37-летний Ефрем со всей своей семьёй обитал в тесной сторожке: женой Марией двадцати четырёх лет, детьми — сыном Иваном, ему шёл девятый год, и дочерью Катериной семи с половиной лет.

Семья пребывала в крайней бедности, перебивалась с хлеба на воду, едва сводила концы с концами.

Зимой 4 февраля (22 января по старому стилю) 1881 года она пополнилась третьим ребёнком, Мария родила второго сына. Во время крещения в церкви священник нарёк младенца Климентом. «Имя греческое, означает Милостивый, — сказал он родителям. — Господь даст ему благоденствие, поведёт по праведной стезе, а к вам придёт преуспеяние».

С рождением Клима преуспеяние в семью Ворошиловых не пришло, наоборот, нужда придавила ещё сильнее...

Климент Ефремович Ворошилов в своей книге воспоминаний «Рассказы о жизни», вышедшей в свет в 1968 году, напишет: «Давнее-давнее время — последние десятилетия XIX века. Немеркнущие картины родной природы — степные просторы Украины, Северский Донец, совсем не похожие друг на друга берега этой живописной реки. Здесь, на стыке Харьковской и бывшей Екатеринославской губерний (ныне Луганская область), суждено мне было родиться в бедной трудовой семье и провести свои детские годы — такие холодные и голодные и в то же время — такие светлые и радостные в моём ребячьем восприятии. Они оставили в моей душе неизгладимый след» [7] .

Ворошилов называет населённые пункты: Рубежное, Северодонецк, Лисичанск, Нижнее, Вороново, реку Северский Донец и примыкающие к нему прибрежные участки земли. Там для него впервые открылся мир с его добром и злом, радостями и печалями.

Правый берег Донца в этом районе был покрыт лесами, кустарниками, меж ними — сочные луга. Почва правобережья плодородная, поэтому здесь испокон веков было развито земледелие.

Левый берег выглядел иначе. К самой реке неширокой — до версты — полосой примыкали рощи дуба, вяза, клёна, берёзы, липы и других лиственных пород. А дальше на большие расстояния простирались унылые жёлто-белёсые пески с вкрапленными в них небольшими озёрами.

На левобережье украинских сёл очень мало, в основном русские поселения, в которых сложился самобытный уклад, свои обычаи.

Родители Клима Ворошилова происходили из государственных российских переселенцев, которые никогда в крепостной зависимости не состояли.

Ефрем Андреевич Ворошилов родился в 1844 году в хуторе Воронов Старобельского уезда Харьковской губернии в большой крестьянской семье шестым по счёту сыном. Ворошиловы были прочно привязаны к хутору и никогда не покидали его. Особенно крепко вросли в свои хозяйства старшие братья Ефрема: Свирид, Василий и Иван. Несмотря на то что на песках было трудно заниматься хлебопашеством, они всё же приспособились выращивать рожь, ячмень, различные овощи, разводить скот, овец, птицу. Семьи Свирида, Василия и Ивана жили в целом в достатке.

По-другому сложилась судьба Ворошилова-младшего. С юного возраста он познал солдатчину. Отец отправил Ефрема раньше положенного срока служить в царскую армию вместо одного из братьев (в те времена законом допускалась замена рекрутской повинности брата братом).

После солдатской службы в 1866 году Ефрем возвратился в родной хутор и узнал, что он лишён земельного участка — основного средства существования крестьянина. В тот период на Украине бытовал закон: у тех, кто призывался в армию по рекрутчине, по месту их жительства изымался земельный надел (этот порядок был отменён лишь после 1867 года).

Пять лет Ефрем жил как неприкаянный. Подошла пора жениться, но куда он приведёт жену? Ни собственного дома, ни своего клочка земли, где бы он мог осесть. Зажиточные братья были в силах помочь Ефрему, но поддержки ему не оказали.

Он стал скитаться в поисках работы по сёлам, городам. Нанимался в помещичьи имения, перебивался подёнными заработками на шахтах и рудниках. Ефрем был горяч по натуре, и это сказывалось на его отношениях с хозяевами: он часто конфликтовал с ними, из-за чего приходилось оставлять работу.